Вальтер рассмеялся.
— Из вас вышел бы превосходный шахматист! Мне кажется, вы двигаете меня по доске, как пешку, с самого первого вечера нашего знакомства!
— Не как пешку, — с улыбкой поправил его Вилли. — А как ферзя.
Тем не менее они решили не посвящать Марию в истинную цель предполагаемого отпуска, пока все не устроятся в гостинице в Северном Уэльсе. Вальтер подумал, что обстановка в Северном Уэльсе идеально подходит и для завершения его личных «незаконченных дел».
— Даже я мог бы спеть арию в таком месте, — с энтузиазмом воскликнул Вилли.
Вилли начал незаметно поочерёдно связываться с другими членами своей труппы. С тем гонораром, который разрешил предложить Вальтер, собрать исполнителей для этой затеи не составило труда. Большинство из них считали проект нелепым, но сумма превышала то, что они обычно зарабатывали за целый сезон. Вилли взял с каждого клятву хранить молчание. Они должны были относиться к поездке как к обычному отпуску. Он договорился о том, чтобы различное записывающее оборудование было доставлено из Лондона, Берлина и Нью-Йорка по отдельности.
Розовые щеки Вилли в эти дни были постоянно разрумянены, а его ясные глаза сияли ярче прежнего. Когда Вальтер поднял вопрос о том, какую оперу они попытаются записать, выяснилось, что пронырливый старый маэстро давным-давно раздобыл полную партитуру «Мадам Баттерфляй» Пуччини и уже упаковал ноты для отправки в Северный Уэльс.
Накануне отъезда из Юнипорта за кулисами появилась знакомая им импозантная фигура. Мужчина прокладывал себе путь между огромными ящиками, которые упаковывали сервороботы. Вилли сразу же проводил его в одну из гримерок.
С восхитительной прямотой представитель подполья изложил им свое предложение.
Первые три партии почти полностью исчерпали запасы легкодоступных материалов. Теперь, когда агенты «Счастливого Времени» начеку, риск, связанный с попытками раздобыть еще материалов, не оправдывался вероятными результатами. Но преступный мир не собирался упускать источник дохода, не получив напоследок солидную прибыль.
Что же они предлагали?
Голос Вилли дрожал, когда он принялся переводить:
— За… за соответствующую… плату… они готовы проникнуть в хранилища библиотеки Юнипорта!
Вальтер долго молчал. Инстинктивно он содрогнулся от мысли о столь открытом преступлении. Но рассудок твердил: почему он должен отступать сейчас? Всё, что будет взято из хранилищ, будет скопировано и возвращено в целости и сохранности. Имел ли он право позволить своим личным принципам встать на пути того, что может принести пользу всему человечеству на протяжении многих веков?
Когда он полностью овладел своим голосом, он кивнул и спросил:
— Как они собираются это сделать?
План был разработан с профессиональной щепетильностью. За сто лет существования Библиотеки никто ни разу не пытался проникнуть в нее незаконно. Ввиду отсутствия каких-либо мотивов для подобных действий, охрана велась спустя рукава. Имелись обычные двери и замки с часовым механизмом, системы сигнализации и сервороботы-охранники — но не было ничего такого, с чем нельзя было бы справиться. Чтобы разобраться с замками, они привлекут техников с Веги VI. В остальном, если не считать каких‑либо неожиданных действий со стороны службы безопасности «Счастливого Времени», задача была вполне им по силам. Разумеется, необходимо было уделить пристальное внимание деталям и тщательно все спланировать.
Связной объяснил, что, согласно предварительным расчетам, после проникновения в хранилище у них будет около двух часов. Сосредоточившись исключительно на книгах — ради скорости погрузки и упаковки, — достаточно большая группа сможет вынести не менее двадцати тысяч томов и погрузить их в ожидающий монорельсовый транспорт, где будут находиться уже подготовленные ящики. Заранее можно организовать отправку ночного грузового челнока, который заберёт ящики с посадочной площадки Юнипорта и доставит на Лебедь III. Оттуда ящики разойдутся по неизмеримым просторам глубокого космоса.
— Но они должны быть возвращены, — настаивал Вальтер. — Я за этим прослежу!
Их собеседник пожал плечами, показывая, что эта деталь его не интересует. Он назвал цену, и, когда Вальтер не раздумывая согласился, Вилли налил всем выпить.
— Когда я был маленьким, — сказал Вилли дрожащим голосом, — я скатился на попе по ледяному склону в Альпах. Первые двадцать ярдов было весело, но потом я понял, что уже не в силах остановиться. Именно это я чувствую сейчас. Prosit!