Власть в условиях полисной демократии обязательно должна была быть коллективной, коллегиальной. Так, архонтов ежегодно избиралось девять, стратегов — десять и т. п. Все должностные лица Афин составляли коллегии. Никакую должность нельзя было занимать единолично: это вело бы к концентрации полномочий в одних руках, к подрыву верховенства народного собрания, в конечном счете, как считала масса граждан, могло бы породить монархические порядки. А этого опасались больше всего. Вот почему в Афинах не существовало поста президента — единоличного главы государства.
Тому же «распылению» власти по всему гражданскому коллективу, невозможности ее концентрации способствовала постоянная ротация кадров во властных органах. На любой пост в афинском полисе (будь то пост стратега, архонта, казначея, члена Совета Пятисот) избирали не на четыре, пять или более лет, как в современных демократических государствах, а на год и только на год. Покомандовал — дай покомандовать другому: так в несколько упрощенной форме можно объяснить стоящую за этим порядком социальную психологию. Демос не желал, чтобы магистраты (должностные лица) «привыкали» быть у власти: ведь это опять же могло привести к нарождению монархических тенденций.
А самое главное — подавляющее большинство должностей нельзя было занимать повторно. Исключения, конечно, имелись. На военные должности, например, можно было избирать одних и тех же людей раз за разом, без ограничения количества сроков. Эго вполне рационально: если человек имеет полководческие способности, то пусть он как можно чаше применяет их на благо города! Перикл становился стратегом не менее пятнадцати лет подряд. Позже, в IV веке до н. э., военачальник Фокион оставался на том же посту почти 50 лет — с молодости до глубокой старости.
И все же это исключения. В норме же старались, чтобы как можно больше афинян (в идеале — практически каждый афинянин) хотя бы раз в своей жизни, а если возможно — то и чаще, побывали в роли какого-нибудь должностного лица. Иными словами, стремились обеспечить наиболее полное, широкое и реальное вовлечение граждан в управление государством. Тому же служило и очень широкое применение жеребьевки при любых выборах. Жребий, как известно, слеп и может указать в полном смысле слова на любого.
Неизбежен вопрос: получается, граждане чуть ли не принуждались к власти, даже если кто-то из них ее вовсе не хотел? В какой-то мере это действительно так. В полисных условиях политическая активность представлялась не только правом, но и обязанностью — если не юридической, то, во всяком случае, моральной. Уклонение от государственных мероприятий, демонстративный уход в частную жизнь служили предметом порицания.
При этом демос не боялся, что непрофессионалы у власти, лица, не имеющие никакой специальной подготовки и берущиеся управлять, приведут полис к кризису. Считалось, что любой афинянин достаточно образован, развит и компетентен, чтобы решать самые сложные политические вопросы. Поневоле вспоминаются слова Ленина о том, что каждая кухарка сможет управлять государством…
Говоря о принципах античной демократии, нельзя не упомянуть слова «свобода». Свобода и демократия всегда были и, наверное, всегда останутся понятиями неразрывными. Но, говоря о классических Афинах, необходимо все-таки сделать ряд важных оговорок. Во-первых, свобода мыслилась только в рамках закона. Это — принцип, характерный вообще для любого античного полиса.
Во-вторых, это очень важно — в отличие от современных демократий, которые ставят во главу угла права и свободы отдельной личности, демократия в Древней Греции, в том числе и в Афинах, была коллективистской. Это означает, что она в первую очередь принимала во внимание интересы целого — всего государства, коллектива граждан. А отдельные индивиды всегда должны были быть готовы на жертвы во имя этих общественных интересов.
Характерно, что свобода ограничивалась в основном рамками частной жизни. При переходе же в сферу общественной, политической деятельности принцип свободы отодвигался на второй план перед принципом ответственности. Даже самые высокие должностные лица не могли творить что-либо по собственному произволу. Они были полностью подконтрольны афинскому народному собранию. Казавшийся всесильным Перикл каждый год давал демосу полнейший отчет в своей деятельности. Точно так же, разумеется, должны были поступать и все остальные магистраты. Если отчет по какой-то причине признавался неудовлетворительным (например, если выяснялось, что магистрат без необходимости израсходовал денежные суммы или превысил свои полномочия), «проштрафившийся» политик отдавался под суд. Впрочем, любое должностное лицо могло быть смещено и привлечено к судебной ответственности даже и до истечения срока своего пребывания у власти.