Достойного преемника Периклу долгое время не находилось. После его смерти на ведущую роль в городе претендовали два политика — Клеон и Никий. Клеон, незнатный, но состоятельный владелец кожевенной мастерской, являлся типичным демагогом и пользовался авторитетом у низших слоев демоса благодаря постоянно проводившимся им мерам популистского характера. Клеон призывал к войне «до победного конца» и выступал против любых попыток установить мирные отношения со Спартой. Никий — мы с ним уже знакомы, — считавшийся одним из богатейших граждан Афин (он был крупным землевладельцем и имел в собственности до тысячи рабов), прославился в первые годы войны как мудрый и осторожный военачальник. При этом он был склонен к заключению мира со спартанцами — естественно, на приемлемых для Афин условиях. Умеренный по своим политическим взглядам Никий пользовался поддержкой афинского крестьянства, страдавшего от все более затягивавшейся войны.
Эпидемия, бесспорно, ослабила Афины. Но они стремились продемонстрировать, что, несмотря на обрушившиеся на них несчастья, еще очень сильны и готовы к продолжению военных действий со Спартой на равных. В 429 году до н. э. пала давно осаждавшаяся афинянами Потидея. В целях улучшения финансового положения афинское народное собрание в 425 году до н. э. по инициативе Клеона резко — более чем в два раза — увеличило суммы фороса, взимаемого с союзных полисов. Надо полагать, граждане голосовали за это постановление с энтузиазмом (еще бы, доходы государства сразу возрастут!), совершенно не задумываясь о том, по какому гибельному пути ведет их Клеон. Стоило ли в тяжелые военные годы еще сильнее раздражать союзников, которые и без того роптали на афинское засилье? Сиюминутные выгоды заслоняли в умах людей очень опасные последствия.
А в союзных полисах действительно все росло и росло недовольство. Правда, большинство их опасалось открыто протестовать: Афины, несмотря на обрушившиеся на них несчастья, были еще очень сильны, их флот по-прежнему безраздельно господствовал в Эгеиде.
Начав оправляться от последствий эпидемии, Афины перешли к более активному ведению войны; политическая линия Клеона имела значительный перевес. В 425 году до н. э. они захватили город Пил ос на юго-западном побережье Пелопоннеса и превратили его в свой опорный плацдарм. При этом были захвачены в плен несколько сот спартанских воинов (в том числе 120 спартиатов из знатных родов). Их в оковах переправили в Афины и оставили там в качестве заложников. Дело при Пилосе было весьма крупной победой Афин, важной как в военно-стратегическом. так и в моральном отношении. История Спарты до того практически не знала случаев, когда спартиаты сдавались бы в плен; был, таким образом, развеян миф о непобедимости этого военного сословия спартанского полиса, что было для него неслыханным позором. После этого пелопоннесское войско больше не осуществляло нашествий на Аттику, поскольку спартанские власти боялись, что заложники в таком случае будут казнены.
Пил ос продолжал оставаться военной базой Афин на территории противника. В 424 голу до н. э., развивая достигнутые успехи, афинская эскадра под командованием Никия овладела островом Кифера, лежавшим к югу от Лаконики и использовавшимся спартанцами в качестве морского порта. Спарта как бы зажималась в «клещи» со всех сторон.
Нельзя сказать, чтобы все афинские военные кампании этих лет были только удачными. Так, в том же 424 году до н. э. союзники Спарты — беотийцы — нанесли афинскому сухопутному войску тяжелое поражение при местечке Делий (на границе между Аттикой и Беотией). Тем не менее перевес в войне явным образом переходил на сторону Афин. В этих условиях спартанские власти пришли к мысли о необходимости смены общей стратегии: рутинная практика ежегодных вторжений в Аттику совершенно не оправдала себя.
В 424 году до я. э. отборный отряд пелопоннесцев под командованием лучшего спартанского военачальника, молодого и энергичного Брасида, совершил стремительный бросок через всю Балканскую Грецию на северное побережье Эгейского моря. В этом регионе Афины издавна имели сильные позиции, оттуда они получали строевой лес для своих триер, золото и серебро, добывавшиеся в расположенных там рудниках, а также немалые суммы фороса от находившихся там союзных полисов. После прибытия Брасида многие из этих полисов стали добровольно переходить на сторону Спарты, другие он брал силой.
В частности, в его руках оказалась чрезвычайно важная афинская колония Амфиполь на фракийском побережье Эгеиды. Для афинян все это было полной неожиданностью. Лишь в 422 году до н. э. они смогли направить в район Амфиполя свой флот и войско под командованием Клеона. Битва при Амфиподе принесла победу спартанцам, однако в ней погибли вожди обеих сражавшихся армий — и Клеон, и Брасид.