Год рождения «босоногого мудреца» известен с полной точностью, и это, в общем-го, даже редкость для деятелей древне-греческой истории и культуры. Значительно чаще даты их рождения приходится с трудом вычислять на основании разного рода косвенных соображений, да и получаются в результате только приблизительные результаты. Так, мы не можем сказать с полной точностью, когда родились Аристид, или Кимон, или даже Перикл (соответствующие даты, приводимые в энциклопедиях и учебниках, в известной мере условны).
В случае с Сократом дело обстоит нам нот лучше. Во-первых, существует следующее сообщение: «Родился он (как сообщает Аполлодор в «Хронологии») при архонте Апсефионе, в четвертый год 77-й олимпиады, шестого фаргелиона…» (Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. 11. 44).
Как перевести указанную здесь дату в нашу хронологическую шкалу? Легче всего это сделать, учитывая используемое в источнике летосчисление по олимпиадам — четырехлетним промежуткам между Олимпийскими играми. Эти общегреческие состязания проводились летом, соответственно, летом же начинался отсчет очередной олимпиады. Четвертый год 77-й олимпиады соответствует 469/468 году до н. э. Иными словами, в современной хронологической «системе координат» он охватывает вторую половину 469 года до н. э. и первую половину 468 года до н. э.{29}
Однако датировка по годам олимпиад была явно наложена на биографию Сократа уже «задним числом», ибо в V веке до н. э., когда он жил, этот счет лет в Греции еще не применялся: он был предложен только в III веке до н. э. историком Тимеем из Тавромения, да и после этого использовался только в ученых грудах, а не в повседневном быту. Если сам Сократ говорил кому-то о времени своего рождения, то он должен был выражаться иначе: «Я родился при архонте Апсефионе».
Тут тоже необходимо пояснение. В классическую эпоху в Афинах (равно как и в других греческих государствах) годам не присваивали номер, как в наши дни (2011 год и т. п.), а называли их по именам высших должностных лиц, находившихся у власти в эти годы (благо в полисном мире было принято, чтобы должностное лицо занимало свой пост только на протяжении одного года, и не больше). В Афинах в роли такого «датирующего» должностного лица выступал архонт-эпоним.
Эта система не может не показаться крайне неудобной, поскольку она не позволяет оперативно ориентироваться в хронологии. Скажем, если ныне, в 2011 году, кто-нибудь говорит: «Я родился в 1965 году», то у собеседника займет не более секунды высчитать, что этому человеку в данный момент 46 лет. А как в Афинах? Для того чтобы по словам «Я родился при архонте Апссфионе» определить возраст говорящего, нужно было либо идти на Агору, смотреть выставленный там список архонтов за все годы и производить подсчеты, либо держать в памяти все эти имена архонтов (а это, конечно, мало кто мог).
Как бы то ни было, афиняне пользовались летосчислением по архонтам на протяжении многих веков; стало быть, оно их вполне устраивало. Архонтство Апсефиона приходится — опять же переводя на наши даты — на 469/468 год до н. э. Таким образом, две датировки совпадают, и год рождения Сократа можно считать безоговорочно выясненным.
А вот с месяцем и чистом сложнее. Афинский год, как и олимпийский, начинался летом. Он делился на двенадцать месяцев, но названия этих месяцев были, естественно, совершенно не такие, как у нас. Упомянутый в вышеприведенной цитате фаргелион — одиннадцатый месяц афинского календаря. примерно соответствующий современному июню. Получается, Сократ родился летом 468 года до н. э.?
Однако многое мешает это допустить. Возникают нестыковки со свидетельствами более достоверными, принадлежащими Платону, который лично знал Сократа. В платоновских произведениях Сократ говорит о себе, например, следующее: «В первый раз пришел я теперь в суд, будучи семидесяти лет от роду» (Платон. Апология Сократа. 17 d). И после суда, уже в тюрьме, еще раз упоминает о том, что прожил семьдесят лет (Платон. Критон. 52 е).
Суд над Сократом состоялся в 399 году до н. э., и это известно точно. Но если философ родился в 468 году до н. э… к моменту процесса ему еще никак не могло исполниться семидесяти лет. Неизбежен вопрос, насколько достоверна дата 6 фаргелиона, которую указывает Диоген Лаэртский. При этом он дает ссылку на Аполлодора — известного афинского ученого II века до н. э., известного своим пристальным вниманием к вопросам хронологии.
Аполлодор в целом имеет репутацию авторитетного историка, заслуживающего доверия. Однако не следует забывать о том. что жил он спустя два столетия после смерти Сократа, и совершенно неясно, откуда бы он мог подчеркнуть столь конкретную — с точностью до дня — дату рождения «босоногого мудреца». Ведь не можем же мы допустить, что он обнаружил где-нибудь «свидетельство о рождении» Сократа — тем более что в античной Греции никаких таких свидетельств, разумеется, никому не выдавалось.