Конечно, не стоит оценивать деятельность софистов только отрицательно, уподобляясь в этом их яростному критику Платону. Они способствовали широкому распространению знаний в Греции. Ранние мыслители проповедовали свои идеи в узких кружках единомышленников, а софисты вынесли философию на улицы и площади. Эти всесторонне образованные люди, «энциклопедисты» и «просветители» тогдашнего мира (эпоху софистов иногда даже называют эпохой «греческого Просвещения»), внесли вклад в развитие ряда наук (языкознания, теории государства и права и др.), фактически положили начало античному ораторскому искусству. Софистам вообще был свойствен универсализм, он являлся предметом их законной гордости. Они прежде всего ставили себе в заслугу именно широту своих интересов и занятий, свое «много-знание».
Тем не менее в целом деятельность софистов, бесспорно, способствовала подрыву устоявшихся полисных ценностей и представлений, кризису общепринятых верований и морали, росту индивидуалистических настроений, губительных для исконно коллективистского духа классического полиса. В высшей степени характерна нарисованная впоследствии Платоном в диалоге «Горгий» карикатура на поздних софистов — образ молодого афинянина Калликла, проникшегося «модными» учениями до глубины души, не желающего признавать никаких законов и нравственных норм и славящего не ведающую ограничений волю «сильной личности».
Для софистов было вообще характерно критическое отношение к традиционному мировоззрению, особенно к религии. Тот же Протагор написал специальный труд «О богах», причем, судя по всему, с откровенно скептических позиций. Во всяком случае, сочинение начиналось словами: «О богах я не могу знать, есть ли они, нет ли их и каковы они, потому что слишком многое препятствует такому знанию, — и вопрос темен, и людская жизнь коротка» (Протагор, фр. В 4 Diels — Kranz){57}. Весьма интересно было бы узнать, что же дальше писал Протагор о богах на протяжении целого трактата, если в первой же его фразе заявляется, что сказагь-то о них, собственно, ничего и нельзя. Но, увы, это произведение утрачено.
Горячим последователем Протагора и других греческих «просветителей» стал драматург Еврипид, которого часто и с полным основанием называют «философом на сцене»{58}, потому что он в своих трагедиях постоянно занимался популяризацией передовых философских учений. Вот одно из характерных в этом отношении мест из Еврипида (из пьесы «Троянки»):
О ты, земле движенье и престол
Избравший на земле, кто б ни был ты,
Непостижимый Зевс, природы сила
Иль разум наш…
Пожалуй, именно Еврипид (480–406 годы до н. э.) из древнегреческих поэтов в наибольшей степени подвергся влиянию идей софистов{59}. Правда, некоторые античные авторы считали Еврипида учеником и приверженцем Сократа. Так, в афинских комедиях встречаем следующие высказывания о Сократе (цит. по: Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. П. 18):
Для Еврипида пишет он трагедии,
В которых столько болтовни и мудрости.
Или еще:
Гвоздем Сократа Еврипид сколоченный.
Но это маловероятно. Сопоставив даты рождения, видим, что Еврипид был лет на десять старше Сократа, так что вряд ли он учился у него в каком бы то ни было смысле. Повторим, скорее он был выучеником именно софистов, самые ранние из которых принадлежали к несколько более старшему поколению.
Бесспорно, проповедь софистов, имевшая широкую популярность в образованных слоях общества, разрушительным образом действовала на общепринятую шкалу ценностей. Под ее влиянием внедрялось скептическое отношение к религиозным верованиям, к законам и обычаям полиса. Каждый становился сам себе законом…
«Вольнодумство» и «безбожие» софистов породили в конце концов неприязнь к ним в массе афинского демоса, привыкшего мыслить «по старинке». Это с особенной силой сказалось в годину бедствий, вызванных Пелопоннесской войной со Спартой (431–404 годы до н. э.). Несчастье за несчастьем обрушивалось на «город Паллады»: страшная эпидемия, неудачи на полях сражений, увенчавшиеся полным провалом грандиозной экспедиции на Сицилию… Казалось, сами боги гневаются на Афины зато, что в них безнаказанно живут и учат такие «нечестивцы», как Протагор. Около 412 года до н. э. этого софиста предали суду и приговорили к изгнанию из Афин.