Привязав Оксану к дереву, слуги принялись спасать хозяина, отцепляя его от Грицька, понимавшего, что как только Мурада отцепят, то ему будет жарко. Его изобьют до полусмерти, а самое страшное — на его глазах будут избивать Оксану. Поэтому он держался за хозяина изо всех сил, оттягивая неминуемое наказание. Изодранного, злого и страшного в своем гневе, Мурада таки отодрали от Грицька, в руках которого на память остался клочок его бороды, за неё Грицько и цеплялся, как утопающий за соломинку.
Поднявшись, хозяин оттолкнул слуг, угодливо обступивших его и ищущих возможность искупить свою вину. Кто угодливо подносил воду, кто заверял, что только слово хозяина, и он отрубит головы невольникам.
Если бы снимали кино, то зритель увидел бы крупным планом Мурада, затем в кадре показался бы Грицько, исподлобья смотрящий на хозяина своей возлюбленной. После Грицька камера наехала бы на Оксану, плюющую в лицо хозяину, который замахнулся плеткой, чтобы ударить ее по лицу. Затем снова крупный план, хозяин вытирает лицо, презрительно улыбается. Снова крупный план, в котором лютые глаза хозяина прищурены так, что зритель понимает: у злодея возник коварный план мести. Коварство было в том, что Мурад приказал избить Грицька на глазах у Оксаны.
Каждый удар Оксана переживала вместе с Грицьком. Вначале она гордо молчала, затем умоляла остановить избиение. Бесполезно. Она кричала и плакала, сыпала проклятиями, а хозяин упивался местью, намереваясь запороть парубка до смерти. Видя, что от нанесенных ударов Грицько еле стоит на ногах, и не опасаясь, что он убежит, Мурад приказал отвязать невольника. Мурад хотел избить невольника, для большего унижения гоняя по двору как собаку.
Предвкушая расправу, Мурад замахнулся плетью для удара, но его окрикнул хозяин Грицька, потрясенно наблюдающий за происходящим, не веря, что самый покорный невольник умудрился вляпаться в такую историю. Хозяину Грицько был дорог, как было упомянуто раньше, Грицько смог усыпить бдительность хозяина, притворяясь его верной собакой, всегда был покорный и смышленый, безукоризненно выполнял любые поручения, угадывая прихоти хозяев. Несмотря на это, хозяин не вступился за Грицька, боясь испортить деловые отношения с Мурадом. Но заметив конвой, возглавляемый человеком, пришедшим за невольницей, Ульви решился спасти своего невольника, крикнул в тот момент, когда командир конвойных распорядился: «Стоять! Раз-два».
Уважаемый человек (а человек, поставляющий наложниц в султанский гарем, неуважаемым быть не может в зародыше), переводил свой взгляд с Грицька на Оксану, поглаживая густую бороду, скрывавшую двойной подбородок, доставшийся уважаемому от обильного поглощения пищи, о чем свидетельствовало и его толстое тело. По мере того, как до него стала доходить суть происходящего, его лицо из самодовольного превратилось в озабоченное, а когда он всё окончательно понял, то уважаемый прям-таки недовольно искривился.
Ведь султану была обещана наложница из Украины — края, где женская красота была обычным делом. Поэтому уважаемый не на шутку испугался, опосаясь, что Мурад в пылу гнева ударит Оксану по лицу, навсегда испортив ее красоту. Сделка будет сорвана, он придет к султану ни с чем, разгневает правителя, а это ничем хорошим никогда не заканчивалось, о чем напоминал шрам на лице уважаемого, скрываемый густой бородой.
Угадав в уважаемом человеке шанс спасти Грицька (вернуть, не дать избить его до полусмерти), Ульви окрикнул Мурада как раз в тот момент, когда тот замахнулся плетью на Оксану. Таким образом, была сохранена девичья краса и здоровье, а может и жизнь Грицька.
Тем не менее Ульви остался ни с чем.
События развивались так стремительно, что хозяин Грицька, не мог поверить в то, что желая спасти товар, коим являлся Гриць, и не испортить отношения с хозяином Оксаны, он лишился и того, и другого. С сожалением глядя вслед конвою, волочащему за собой полуживого Грицька, Ульви проклинал все на свете, а особенно этот день и тупого хозяина Оксаны, из-за которого он лишился своего лучшего раба. Он даже не отдавал себе отчета в том, что проклинал он не про себя, а вслух. Это он понял, когда, обернувшись, увидел красного от гнева Мурада. Ульви притворно улыбаясь, все еще надеялся, что его не услышали, но хозяин Оксаны гордо обернулся, щелкнул пальцами, дав знак слугам выдворить вон «делового партнера» . Приказ был выполнен беспрекословно.