«Здорово просто. Счастье есть», — сказал про себя Грицько, рассматривая милого медвежонка. Опустив голову на землю, парень тяжело вздохнул и, дав себе установку, что все будет хорошо, поднялся с намерением бежать дальше. Но мишка не дал ему это сделать, путаясь под ногами, из-за чего Гриць в очередной раз рухнул. Мишке хотелось играть, а Гриць, упав в заросли репейника, раздраженно вытаскивал репья из волос, что очень забавляло мишку, который, встав на задние лапы, смешно заревел, а после сделал кувырок-переворот, наконец-то вызвав у Грицька улыбку.
Уловив момент, парубок спрятался от мишки в густой траве. Испугавшись, мишка жалобно заревел, в ответ Грицько передразнил своего нового друга. Подбежав к Грицьку, мишка снова кувырнулся, стал на задние лапы, крутнувшись вокруг себя три раза, после чего, встав на четвереньки, носом потянулся к вытянутой руке Грицька, понюхав которую, получил щелчок по носу, жалобно заревел и с испугу отбежал на безопасное расстояние. Но, услышав веселый смех, вновь вернулся к Грицьку, который вспомнил детство и приглашал мишку играть в квача.
Не зная, что оно такое квач, Михаил Потапыч бегал за Грицьком, а тот — от него. Так они бегали до тех пор, пока Гриць не поймал Миху, и не стал угрожать, что сейчас ему будет щекотно. Но щекотно стало Грицьку, когда на поляну вышла медведица, и холодные мурашки пробежали по всему телу.
На поляне стало тихо. Грицьку даже показалось, что птицы замолчали, предчувствуя беду.
Первой заревела медведица, затем мишка. Грицько реально заревел — заплакал. И снова тишина, один лишь дятел радостно выстукивал, одновременно успокаивая и раздражая.
Грицько и мишка сидели рядом. Медведица подошла к новоиспеченным друзьям, заботливо обнюхала сына, затем уставилась на Грицька. Нос к носу, глаза в глаза. Если бы Гриць безмолвно сидел и спокойно смотрел ей в глаза, то мишкина мать ушла бы себе дальше. И уже потом Грицько ощутил бы, что ему на нос сел комар, упиваясь кровью, что в ухо пытается залезть назойливое насекомое — не то муха, не то оса, что его нос облюбовал муравей, залезший в левый ноздревой туннель, когда Гриць лежал без сознания, уткнувшись лицом в муравейник.
Но стресс, умноженный на страх, нестандартная ситуация плюс змея (пусть это был уж, но все-таки гад), залезшая в штанину и явно метившая туда, куда пытался достучаться дятел, сделали свое дело, включив рефлексы заставляющие человека кричать, когда по его телу ползет холодное и гадкое. От резкого крика медвежонок испугался, высвободился из рук Грицька и спрятался за своей мамой, которая несмотря на дикий ор Грицька, спокойно смотрела на человека. Все так же: нос в нос, глаза в глаза.
Постояв так минут пять, медведица дождалась, когда Гриць умолкнет, обнюхала перепуганного, и собралась уходить, но муравей вызвал непреодолимое желание чихнуть, как когда, например, в нос засовывают перышко или соломинку, ну или когда в носу лазит муравей в панике ища выход на свежий воздух. Смачно чихнув, Гриць одной рукой убил комара, другой все-таки муху, а не осу.
Медведица, да сих пор смотревшая на Грицька, пытаясь понять, опасен ли он, была спокойна, пока человек, как ей показалось, не замахал угрожающе руками. Последнее, что убедило медведицу в том, что человека надо разорвать на части, был звук, который издал Грицько, сказав: «Здрасти...», широко при этом улыбаясь.
В улыбке медведица увидела зубы, угрожающе блеснувшие в оскале. В ответ на эту улыбку она зарычала так, что волосы встали дыбом от хриплого дыхания, выталкивающего воздух из легких. При этом медведица открыла пасть настолько близко от лица, что Гриць мог спокойно положить в нее головушку, которая судорожно соображала, как ему остаться целым.
Перестав рычать, медведица злобно засопела, а Гриць упал на спину, из-за чего лапа хищника просвистела мимо, не сбив головушку с его плеч.
Уроки деда Панаса не прошли даром. Но дед научил Грицька хорошо сражаться с противником, который был человеком, а вот как победить медведя, да еще голыми руками, этому Грицька не учили. Поэтому Грицько действовал как действовал.