— Будьте здоровы!!! — хором пожелали жулики, но НиколайКарлович ничего не услышал, так как ваза таки не выдержалаи свалилась с антресоли прямо на голову начальника милиции.
Медитируя по-черному,Николай Карлович, держась за голову, бегал за аферистами и грозился уложить на месте каждого.Но ударился коленкой об угол дивана из-под котороговыглядывала ручка чемодана с деньгами, который вместе с вазой свалился с шифоньера. И, пока Николай Карлович, медитируя, нащупывал шишку на голове этот самый чемодан былзафутболен под диван. Заметив, как жулики занервничали, на-
чальник милиции не поленился нагнуться и достать чемоданс деньгами.
— Спокойно, давайте без лишних движений, — видя, какнасторожились жулики, заявил Николай Карлович. — Я просто заберу этот чемоданчик как компенсацию за происходящее,а завтра вы исполните все, что я вам сказал.
Весьма довольный посещением, которое несмотря ни на чтозакончилось хорошо, Николай Карлович весело помахиваячемоданчиком, пошел к двери, подойдя к которой пошел более осторожно, помня, как он поскользнулся. Захлопнув дверь, Николай Карлович оставил жуликов наедине со своим горем.Бранясь: «Черт! Блин! На фиг!» Туз шагал по комнате взади вперед и потирал виски, не веря, что они потеряли все заработанное, хоть и нечестным способом, но все равно обидно.Несмотря на плачевное положение, Классик не казался таким
убитым. Он спокойно стоял и с улыбкой наблюдал за товари-
щем, не находившим себе место от злости.
— Успокойся, амиго. Со мной не пропадешь! — весело произнёс Классик, держа в руках портмоне, и, подмигнув, бросилего товарищу.
Поймав брошенное, Туз вопросительно посмотрел на товарища, который артистично развел руками, мол да, я такой.
— Ты что, спер кошелек у начальника милиции?
— Да, это же вам не крысу у «мышки» стырить, — съязвилКлассик, решив надавить на больную мозоль влюбленного Ромео.
— Он же нас уроет! — крикнул Туз, раздраженно бросивпортмоне на пол.
— А!!! — неожиданно заорал Классик, так громко и неожиданно, что Туз подпрыгнул.
— А... — передразнил Туз товарища. — Дошло, да? Теперьпоздно, кричи-не кричи, хоть брось в собаку кирпичи.
— Крыса! — вопил Классик.
— Я крыса?! — возмущался Туз. — Это я, который веройи правдой!?
— Крыса! — не унимался Классик, и Туз понял, что речь идето Чапе.
Пока Классик расстегивал ширинку, Туз успел сбегать к холодильнику, из которого достал сыр, чтобы хоть чем-то выманить крысу, которая все так же мертвой хваткой держаласьза орган высшего экстаза. Разыскивая сыр, Туз успел перекуситькотлетами, которые Классик оставил себе на потом. Уплетая последнюю котлету, Туз чуть было не подавился, когда прочитал на упаковке с котлетами «Кошачья еда — котлеты». А потомчуть не выплюнул съеденное, когда услышал душераздирающий
крик Классика:
— Барсик!!!
Забежав в комнату, Туз зажмурился в надежде, что увиденная
картинка исчезнет. Да не тут-то было. Барсик вцепился в Чапу,
которая схватилась за крайний орган Классика, орущего благим матом. Не зная, что ему делать, Туз не додумался ни до чего лучшего, чем за хвост оттягивать Барсика от Чапы.
— Чапа! — раздался голос Николая Карловича, вернувшегося за фуражкой.
Услышав знакомый голос, Чапа ослабила хватку и оторвалась от Классика и вместе с Барсиком (у которого онанаходилась в зубах) полетела на Николая Карловича.
Держа на руках Барсика, Николай Карлович с изумлением смотрел, как жирный котяра на его глазах уплетает несчастную Чапу.
Медленно поднявшись, Николай Карлович взял фуражкуи удалился из комнаты, чувствуя, что если еще на секунду останется, то сойдет с ума.
Жулики растерянно смотрели на довольно облизывающегося Барсика.
«Суки!!!» — услышали жулики душераздирающей крик начальника милиции.
— Это он фуражку одел...
— Может быть, незаметно вернем ему портмоне, — виновато отозвался Классик.