Казалось, будто ему снился кошмар, наполненный невыносимо ярким светом и изнуряющей активностью. Казалось, он вот-вот проснется, опять увидит свет звезд и сможет спокойно ждать. Но ведь он же был не в том конце тоннеля! Ему необходимо было пройти, медленно и осторожно, разумеется, мимо этого странно знакомого пятна лунного света, через этот необычной формы проход в куче камней, мимо этого широко раскинувшего голые ветки дерева, черным силуэтом вырисовывавшегося на фоне темного неба.
Он медленно двинулся вперед – можно было и быстрее, но это было ни к чему – и очутился в правом конце прохода. Он позабыл, почему этот конец был правым,– просто был, и все. Что-то препятствовало его продвижению, но он никак не мог уяснить, что именно. Рикард изменил положение тела и увидел клочок голубого неба, окаймленный неровными краями дыры. Он лежал на спине под провалившимся потолком.
Резкое и почти полное возвращение способности видеть и соображать ошеломило его. Превозмогая остатки сонной одури, он заставил себя встать на ноги. Воспоминание о пистолете на мгновение вызвало приступ паники, но затем он обнаружил, что продолжает сжимать его в руке. Рикард не был уверен, что у него хватило бы сил и духа спуститься, урони он его там, возле завала.
Он вложил пистолет в кобуру и прислушался, стараясь уловить звуки шагов рыскавшего наверху дракона. Там все было тихо.
Туман в голове еще окончательно не рассеялся, но Рикард уже понимал, кто он и где он. Ему необходимо было выбраться из этой дыры. Что бы ни представляли собой драконы, они не были чистым безумием, как им было то, что нахлынуло на него в этом тоннеле. Уж лучше быстрая и ясная смерть, чем медленное превращение в тлен, которое предлагало ему это место.
В результате падения Рикарда сквозь потолок гладкие стены тоннеля в этом месте частично обрушились. Он медленно карабкался вверху с трудом нащупывая выемки, за которые можно было ухватиться пальцами рук или в которые можно было вставить носки ботинок. Во время подъема, в основном для того, чтобы удержать сознание от соскальзывания обратно в полуобморочное состояние, он размышлял о происхождении этих тоннелей. Кто их построил? Куда они ведут? Что заставляло их отливать в темноте этим металлическим блеском?
Как только его голова появилась на поверхности, одурманивающее действие тоннеля полностью прошло, и Рикард решил, что сейчас не самое подходящее время для поисков ответов на все эти вопросы.
Дракона слышно не было. Рывком подтянувшись, Рикард полностью выбрался из дыры. Оглядевшись и не обнаружив в поле зрения никаких признаков присутствия дракона, Рикард направился к флоутеру. Тот оказался сдвинутым на обочину шоссе, но каких-либо повреждений видно не было. Не было видно и дракона, но на почве вокруг автомобиля остались странные следы. Рикард сел в машину и без проблем завел мотор.
Перед тем как первый раз отправиться в город атрифов, Дерси сказала, что у Колтри есть секреты. Похоже, их было больше, чем она предполагала.
Здесь было слишком много тайн, все они пленяли воображение, но Рикард старался не думать о них сейчас. Единственная тайна, которая должна была занимать его в этот момент, это местонахождение отца. Развернувшись, он поехал обратно в город.
Рикард вернул флоутер в агентство, получил назад основную часть залога и направился к выходу. Когда он шел через двор, перед ним как из-под земли выросла Емет Закроян. В руке она держала джолтер, его короткая, расширенная на конце антенна находилась всего в нескольких сантиметрах от груди Рикарда. Шансов на то, чтобы успеть выхватить пистолет, не было.
– Долго же пришлось тебя разыскивать,– сказала она.– Не думала, что ты способен так вот бесследно исчезнуть. Должно быть, тебе кто-то помогает.
– Что вы от меня хотите, Закроян?
– Хватит, хватит, игра окончена.
– Уж если кто здесь и ведет грязную игру, то не я. У вас что, паранойя?
– Никаких признаков. Ты слишком активно интересовался чужими делами и в конце концов зарвался. Пора с этим кончать. Пошли.
– Если вы следили за моими действиями, то хорошо знаете, что я ищу. Я не делал из этого никакой тайны.
– Прикрытие, не более того. Я знаю, и ты знаешь, и Сольвей знает, что тебе нужно на самом деле. И не надо этого отрицать. Все было ясно с самого начала.
Она была маниакально убеждена в своей правоте. Решение было принято, и изменить его Закроян не заставили бы никакие доказательства. Но, хотя она и была полна решимости убить его, ее параноидальное сознание не позволяло сделать это сразу, ей хотелось растянуть удовольствие, поиграть в кошки-мышки. Рикард надеялся, что это может дать ему шанс избежать гибели.
– Двигайся,– сказала Закроян, жестом указывая на ворота.
– Куда мы идем? – Рикард хотел рассеять ее внимание, заговорить ее, изменить ситуацию так, чтобы ее безумием можно было воспользоваться в своих интересах.
– Двигайся и не болтай. Если мне придется использовать против тебя эту штуку, то мне придется тащить тебя на себе. А уж если это случится – на легкую смерть не рассчитывай, я поразвлекаюсь вначале, и тебе это едва ли понравится.
Рикард подчинился. На улице она пошла рядом, почти касаясь джолтером его тела.
– По крайней мере, скажите, что я, по-вашему, пытаюсь сделать? – спросил Рикард.
– Оставь эти шутки.
– Я не шучу, я действительно хочу это знать.
– Ты прекрасно знаешь, чем ты здесь занимаешься.
– Временами меня одолевают сомнения, но – какова ваша версия?
– Ты что-то вынюхиваешь и следишь за мной.
– А вы следите за мной.– Рикарду приходилось прилагать усилия, чтобы голос его звучал спокойно.
– Ну и что? – огрызнулась Закроян.– Кто ты такой: дерьмовый полицейский, который пытается разрушить всю нашу жизнь на Колтри? Я не могу тебе это позволить, Рикард Брет, или как там тебя зовут на самом деле!
– Но что для вас Колтри? Лично вам шахты не приносят никакой прибыли, не так ли? Вы не скрываетесь от закона. Почему же вас это беспокоит?
– Знаешь, ты не такой умный, каким пытаешься казаться. Колтри хорошее место, независимо от того, что ты об этом думаешь. И хотя я действительно не скрываюсь от закона, свою долю от прибыли я получаю. Кроме того – мне просто нравится эта планета, и я не дам тебе все здесь испортить, полицейская морда.
– Но я этого и не хочу, поверьте.
– Черта с два, ты не хочешь! Первое, что ты сделаешь, если сможешь, конечно,– добьешься, чтобы Сольвея вышвырнули с места директора. А новым директором назначат не меня, а кого-нибудь со стороны. А он начнет расследование, и вся прибыль от шахт тут же исчезнет. И половина населения разбежится кто куда. Прощай, убежище, прощайте, деньги, прощайте, добрые времена.
– И часто вы бываете на поверхности?
– Как только появляется возможность. Сворачивай сюда.
Свернув, они прошли в конец короткой улочки, вошли в последний двор и подошли к мрачному зданию огромного пакгауза. Поднявшись по наружной лестнице в одно из помещений второго этажа, они зашагали мимо стеллажей, на которых стояли старомодные канцелярские папки с документацией, но почти тотчас же наткнулись на Леонида Польского, перебиравшего какие-то бумаги.
– Какого черта вы здесь делаете?! – закричала Закроян. Было видно, что она вне себя от неожиданности и гнева.
– Ищу кое-кого,– спокойно ответил Польский.– Опустите джолтер, Закроян.
– Вы шпионите за мной!
– Фу, как гадко! Нет, я разыскиваю человека, убившего Банатри.
– Вы лжете! Убирайтесь. Вы не имеете права здесь находиться!
– Вы забываете, где находимся мы все. Это – Колтри. Право здесь заключается в способности подкрепить свои действия силой.
– Вы можете заткнуться на минутку? – подал голос Рикард. Двое других взглянули на него так, будто забыли о его присутствии.– Теперь, если мне будет позволено…
– Стой спокойно,– приказала Закроян, еще больше приблизив антенну джолтера.
Рикард опустил на него глаза, затем вспомнил о чем-то, что недавно говорил ему Польский.
– Все, кроме мегатрона, автоматического пистолета «магнум» и бластера – правильно? – спросил он его.