– Я решил, что взрыв уничтожил корабль.
– Корабль лежит где-то у острова. Коста отыскал его и утверждал, что тот неплохо сохранился. Но его недоверие было настолько сильным, что даже приведя нас к Коровьему, он до последнего не желал открывать точное местонахождение корабля...
– И унес свою тайну в могилу.
– Пройдемте в мою каюту, – повторил Блад. – А ты, Нед, отправляйся за Истерлингом.
– А его люди?
– Меня они не интересуют, – обронил Рескатор, о чем-то размышляя.
– Высадим их при первой же возможности, что еще с ними делать, – решил Питер.
…Кандия... Это название вызвало у Жоффрея де Пейрака непрошеные воспоминания. Там он мог еще спасти Анжелику, если бы успел открыться ей... Увиденный ночью сон завладел его мыслями. Де Пейрака больше не задевало, что он потерпел неудачу в поисках клада, и все насущные проблемы стали как будто меньше занимать его.
Анжелика верила в сны. А что, если она... жива? Но где это побережье из его сна? Он неплохо знал средиземноморский берег Франции и мог с уверенностью сказать, что там не было подобного места. Скорее север или северо-запад. Бретань, Онис? Кажется, Ле Руа из тех мест, надо спросить у него. Он запомнил город вдали и два острова напротив...
Де Пейраку вдруг захотелось отправиться в Европу: ему было чем заполнить трюмы «Голдсборо» и без сокровищ Моргана. Надо поскорее выбираться из этой истории...
Блад только начал осматривать самого необычного из своих пациентов, когда в его каюту ворвался растерянный Волверстон:
– Истерлинг бежал!
– Как это бежал?! Он что, бесплотный дух, чтобы исчезнуть из запертого трюма?
– Я даже поставил часового! Он пропал, как и два матроса, запертые с Истерлингом!
– Истерлинг умеет быть убедительным, и мой опыт доказывает это, – Рескатор вышел из своего задумчивого состояния. – Кто знает, что он наплел вашему часовому, месье Волверстон. Наверняка у вас обнаружится пропажа шлюпки и еще чего-нибудь.
– Он воспользовался тем, что мы были заняты другими делами, – сказал, возвращаясь к прерванному занятию, Блад. – Мы не можем сейчас его искать. Будем надеяться, что французы перехватят его – пусть тогда им рассказывает свои небылицы.
Остров Коровий, продолжавший хранить тайну гибели флагмана Моргана, уже был едва различим из окон капитанской каюты.
***
Прошло несколько дней. Оба корабля мирно покачивались бок о бок в бухте с кристально прозрачной бирюзовой водой. Небольшой остров милях в двадцати к югу от Эспаньолы дал им пристанище.
Отношения двух команд не сразу наладились: им было непросто забыть пролившуюся кровь. Не обошлось и без пары инцидентов, однако отеческие увещевания Эриксона и Волверстона и щедро раздаваемые ими затрещины остудили горячие головы.
Как это ни странно, коротышка северянин отлично поладил с одноглазым гигантом, их даже можно было увидеть за мирной беседой. Команда «Голдсборо» зубоскалила, что их боцман просто никогда не встречал человека настолько выше себя – видимо, имея в виду все-таки рост Волверстона.
Ибервиль проводил большую часть времени со своим другом. В конце концов они дали друг другу слово непременно встретиться снова, если небо будет к ним благосклонно.
Ремонт был закончен, и пришло время расставаться. Пожимая на прощание руку Рескатора, Блад, улыбаясь, сказал:
– Будете в Карибском море, заглядывайте к нам, на Тортугу.
Рескатор внимательно посмотрел на него и серьезно ответил:
– Нет уж, лучше вы к нам, на север. Такому человеку, как вы, должно понравиться в Новой Франции.
– Кто знает, возможно, однажды... – беспечно ответил Питер Блад.
С борта «Арабеллы» он долго глядел на «Голдсборо» и на высокую фигуру Рескатора, вскинувшего руку в прощальном жесте.
– Где прятался этот чертов критянин, мы не могли сыскать его, – подошедший Волверстон был недоволен. – Зря ты не позволил мне поболтать с ним сразу после отплытия и выяснить точно, где находится клад. Остались мы ни с чем, вот ведь неудача!
– Неудача? – прошептал Блад. – О нет, не думаю...
– Что? – переспросил Нэд.
– Плохо искали. Поболтать, говоришь? Вряд ли тебе бы удалось заставить Косту поделиться своей тайной. Да и как бы мы подняли клад без ныряльщика? – Блад ободряюще хлопнул его по плечу. – Не унывай, старина, нас ждут испанцы, и в их трюмах найдется немало интересного. Думай о них!
Конец