Она поддалась порыву, который раньше подавила в себе. Она обвила его руками, и ее губы потянулись к его губам. В последние дни, особенно под влиянием смерти матери, ей так не хватало жизнеутверждающего начала сексуального общения. Внезапно ее охватило всепоглощающее желание его прикосновений, и она не скрывала этого. Прижавшись к нему, она стала помогать снимать его пиджак. Он отвечал на каждое ее движение, тоже начиная раздевать ее, целуя шею и спускаясь к груди. Она нетерпеливо застонала и стала расстегивать его ремень, потом, опустив руку, скользнула по его плоскому твердому животу вниз. Она никогда не была так возбуждена, так нетерпелива…
Когда начал звонить телефон, Пит старалась не обращать внимания, и если бы могла дотянуться, то просто сняла бы трубку или оторвала бы его от стены.
Но она не могла, и настойчивый звон напоминал, что от окружающего мира не убежать. Ей пришла в голову мысль, что звонят, может быть, по какому-то срочному, неотложному делу — может, дедушке стало плохо после напряженного дня…
Пит отпустила Люка и взяла трубку. Она не могла полностью овладеть собой, когда отвечала.
— Пит… с тобой все в порядке? — Это была Лотти.
Говоря с ней, Пит, не отрываясь, смотрела на Люка, между ними по-прежнему вспыхивали искры желания.
— Прекрасно, Лотти. Но сейчас не время…
— Я только на секунду. Хочу сообщить, что я разыскала мистера Энсфилда.
— Тебе удалось! — Пит полностью переключилась на Лотти. Она потянулась за своей одеждой и, беря карандаш и блокнот, лежавшие у телефона, окончательно взяла себя в руки. — Расскажи мне поподробнее.
Она записала, что сообщила ей Лотти, потом решительно велела ей заказать билет на самолет.
— Нет, не сегодня вечером, — сказала она, бросив взгляд на Люка. — Но на первый рейс завтра.
Когда она повернулась к Люку, положив трубку, он засовывал рубашку в брюки.
— Мы сошли с ума, верно? — сказал он.
В ее глазах отразилось смущение.
— Неужели достаточно только этого, чтобы опустить тебя на землю — короткого вмешательства? — Она пошла к нему. — Люк, я по-прежнему…
Он оборвал ее, повысив голос:
— Ты по-прежнему готова захлопнуть дверь перед чем угодно, но только не перед бизнесом. Дело — на первом месте.
— Это был не деловой звонок. Ты слышал, как мой дедушка упоминал о том, что я нашла драгоценность из коллекции моей бабушки. У меня появился шанс напасть на след, Люк. Я не могу упустить такую возможность…
— Нет, — тихо ответил он, — я знаю, что не можешь.
— Но это не должно влиять на наши отношения.
— Уже повлияло. Сейчас, здесь… Я уже подумывал, как бы нам начать совместную жизнь, пытаясь вернуться к тому, где мы расстались. Где, черт возьми, останусь я, если ты предпочтешь броситься на поиски каких-то проклятых сокровищ?
— Это для меня гораздо больше, чем просто драгоценности. — Пит не могла уже сдерживаться. — Они были украдены у моего отца. Надо восстановить справедливость, найти правду и связь с прошлым.
— И ради этого ты жертвуешь любовью? — Люк помолчал. — Куда ты завтра отправляешься?
Пит посмотрела на карандашную запись в блокноте.
— В Монте-Карло.
— С кем ты должна там встретиться?
Пит объяснила значение Роджера Перкинса Энсфилда как возможного источника информации.
Люк продолжил свой допрос.
— Ты не можешь быть уверена, что этот мистер Энсфилд даст тебе нужную информацию.
— Нет, конечно.
— Поэтому ты бросишься на поиски следующего ключа… потом следующего. И всякий раз, когда ты нападешь на горячий след, ты будешь бросать все остальное и бежать.
— Ты можешь быть со мной.
Люк взял пиджак и надел его.
— Пит, меня не интересует охота за сокровищем. Я пришел сюда в поисках чего-то более реального и важного.
Она отвела глаза.
— Могу сказать тебе, что этот поиск для меня так же важен. Я либо найду, что ищу… либо брошу все.
— И сколько времени уйдет, прежде чем это случится?
— Не знаю.
Люк грустно улыбнулся ей.
— Что ж, когда это произойдет, именно тогда я и хочу оказаться поблизости. Потому что не желаю, при всей моей любви к тебе, довольствоваться только твоим свободным временем.
Он смотрел на нее, словно в надежде, что вот сейчас она поклянется, что с этого момента он всегда будет на первом месте в ее жизни.
Одна часть ее существа страстно хотела найти нужные слова, чтобы удержать его. Но другая, более глубинная, не позволяла отказываться от поиска, от сверкающей мечты ее детства.
— Некоторые вещи могут так и остаться потерянными, — очень нежно произнес Люк, — но где меня найти, ты знаешь. — Через минуту его уже не было.