Набросив сорочку, она выбежала из комнаты и через мгновение вихрем влетела обратно с небольшим ящичком в руках.
— Наверняка здесь должно быть что-то, что поможет успокоить боль от ожогов, — бормотала она, судорожно изучая содержимое аптечки.
— Не суетись, Кэсси, со мной все в полном порядке. Коуди смущенно наблюдал, как Кэсси перебирала снадобья, пока не нашла то, что искала. Она открыла баночку с мазью и стала наносить ее на его обожженную спину. Коуди не мог и вспомнить, чтобы кто-нибудь так о нем заботился. Он был просто ошеломлен, когда Кэсси обмыла ему ноги и легкими, нежными движениями намазала их мазью, тихонько что-то при этом пришептывая. Коуди молча смотрел на нее, блаженно улыбаясь.
— Ты даже не представляешь, как я перепугалась! — произнесла Кэсси, поднимая голову и с любовью глядя на него. — Я думала, что ты погиб в огне.
— Это едва и не случилось, — хмуро ответил Коуди. — Я застрял, пытаясь вытащить Уэйна. Не мог же я бросить его, чтобы он сгорел там заживо! Ну, а дальнейшее ты знаешь: я потерял сознание и…
— Он хотел тебя убить! И не раз, — перебила Кэсси, вспомнив то, что Уэйн в ярости сказал Коуди.
— Я так перед тобой виноват! — ответил Коуди, глядя на Кэсси полными раскаяния глазами. — Конечно, я знал, что ты вряд ли способна на хладнокровное убийство. Это было просто… ну я не знал сначала, что и думать. Девочка моя… Сможешь ли ты простить меня за то, что я, как последний дурак, обвинял тебя в попытках меня убить?
— Ох, Коуди, обними меня, просто обними! — попросила Кэсси. — Я так боялась, что никогда больше тебя не увижу!
Его руки сомкнулись на ее спине, и он зарылся лицом в душистое облако ее волос.
— Я чуть с ума не сошел, когда влез в конюшню и увидел, что вытворяет Уэйн. Боже! Как только я его не убил! — Он заглянул ей в глаза: — Кэсси, но каким образом ты там оказалась среди ночи? Уверен, что здесь не обошлось без Холли.
— Я заснула в гостиной, и она меня разбудила. Сказала, что дети зачем-то пошли в конюшню. Честно сказать, со сна я была немножко не в себе, а потому не стала задавать ей никаких вопросов. Я даже не усомнилась в правдивости ее слов! И сразу пошла в конюшню, как овца на заклание. — Она вздрогнула и передернула плечами. — Уэйн сказал, что если он меня возьмет, ты меня больше не захочешь и что он собирается сделать мне ребенка, чтобы вынудить выйти за него замуж. И еще он сказал, что четверть ранчо лучше, чем ничего.
— Уэйн ошибался, — жестко сказал Коуди. — Я хотел бы тебя даже в том случае, если бы он достиг своей подлой цели.
Кэсси расцвела от счастья; но вдруг нахмурилась, вспомнив о Холли:
— Но веди ты до сих пор женат!
— Я завтра же отправлю отсюда Холли и начну бракоразводный процесс. После того, что она сделала, мне противно даже смотреть на нее. И я не хочу, чтобы она находилась рядом с детьми.
— А как же адвокат Бакстер? Он же скоро приедет, и присутствие Холли необходимо.
— Знаешь, ее присутствие — сомнительное благо. Должно быть, я ополоумел, когда решил, что этот брак мне поможет. Думаю, что смогу обойтись и без нее. Когда адвокат приедет, я подам заявление об усыновлении детей только от своего имени. У меня будет надежда, что мою просьбу удовлетворят, если ты пообещаешь адвокату выйти за меня замуж сразу же, как только я оформлю развод.
— Ох, Коуди, да, конечно, да! Я выйду за тебя замуж. И выйду с гордостью! Если б я не была такой упрямой и глупой, всех этих ужасных неприятностей не произошло бы. И ты не женился бы на Холли, опасаясь, что тебе не доверят детей.
— Ты знаешь, — задумчиво произнес Коуди, — я не могу объяснить свои чувства к этим ребятам. С первой нашей встречи они что-то глубоко затронули в моей душе. Я вообще не думал о детях и даже был уверен, что никогда их не заведу. Возможно, в этих сиротах я… ну, как бы увидел собственное детство, что ли… И не мог вытерпеть мысли о том, что их обижают.
— А может быть, ты просто их любишь? Из тебя получится чудесный отец!
— Жду не дождусь, когда у нас появятся собственные! — Коуди улыбнулся. — Во всяком случае, мы можем потренироваться в том, как их делают. Если, конечно, ты не против. — И он бросил на Кэсси дерзкий и жадный взгляд.
Магнетический блеск его глаз действовал на нее просто завораживающе. Сердце ее затопила теплая волна любви, нежности, сострадания…
— Но ты же весь в ранах, тебе нужно отдохнуть.
— Никакая боль не сможет помешать мне любить тебя, моя радость!.. — пылко сказал Коуди.
— А как же Холли? — не преминула лукаво напомнить ему Кэсси.
— Пусть отправляется к дьяволу! В моем сердце ей никогда не было места. Ты моя жена. Только тебя я хочу.