Коуди откашлялся, сжал руку Кэсси и сказал:
— Нам нужна ваша помощь.
Хотя по убранству кабинета было видно, что Грэнжер получает весьма ничтожные доходы от адвокатуры, — если брать этот вид бизнеса в Сент-Луисе в целом, — Коуди доверял ему. Картеру было легко и просто в обществе этого молодого человека. Хотя бы потому, что тот был примерно одного с ним возраста, и Коуди чувствовал, что адвокат поддержит его ходатайство.
— Почему бы вам не рассказать о вашей проблеме? — Грэнжер откинулся в кресле, сложна руки на животе, и поощрительно кивнул Коуди.
Картер изложил события с самого начала, не упуская ничего. Адвокат недоуменно взглянул на него, когда Коуди поведал, как приехал в Додж-Сити с двумя чужими детьми «на хвосте» и вдобавок захватил с собой однорукого пьянчугу и покалеченную дворнягу. Но Грэнжер ничего не сказал, он просто кивал, ожидая других подробностей. Коуди говорил около получаса. Когда он закончил, во рту у него было сухо, как в пустыне. Но он заслужил поддержку адвоката, равно как и его восхищение.
— Для меня будет честью представить вас в суде, мистер Картер! То, что вы сделали для двух несчастных детей, выходит за рамки обычного человеческого долга. Должен сказать, вы их действительно любите.
Коуди смущенно улыбнулся:
— Это точно. Как говорится, они здорово меня поймали. Я никогда даже не думал о детях, пока эти двое не вошли в мою жизнь. А теперь что? Вы только посмотрите — я готов усыновить двух подрастающих бездельников и даже завести своих собственных!
Он засмеялся и недоуменно помотал головой, словно пытаясь понять, каким же образом его жизнь вдруг приняла такой неожиданный оборот.
— Коуди будет замечательным отцом! — сочла нужным добавить Кэсси.
— Не говори «гоп», — отшутился Коуди; но затем улыбка сбежала с его лица, оно вновь стало серьезным и встревоженным. — Каковы мои шансы, мистер Грэнжер? — спросил он.
— Думаю, что неплохие, но надо действовать очень быстро. Я должен передать ваше ходатайство в суд немедленно, если мы хотим, чтобы оно было рассмотрено. Хорошо бы нам попался сочувствующий судья: обычно такие слушания проходят быстро, и многое зависит именно от расположения судей. Где вы остановились? Я сразу же оповещу вас, как только проработаю все детали. И еще одно. Думаю, вы совершенно искренни в своем желании повидать детей. Конечно же, вам надо с ними встретиться. Если у вас возникнут по этому поводу какие-то проблемы, дайте мне знать, и я достану письменный приказ из суда.
Коуди сообщил адвокату адрес отеля, где они остановились, передал составленное Уиллоуби ходатайство и обменялся с Грэнжсром рукопожатием.
— Будем ждать от вас вестей, мистер Грэнжер.
— Могу ли я дать вам совет, мистер Картер?
— Зовите меня просто Коуди.
— Очень хорошо, Коуди. Я думаю, что с визитом к детям вам лучше повременить до завтра. Сегодня уже поздно, и я боюсь, что сестры-монахини могут вас к ним не пустить. Поужинайте и хорошенько выспитесь. Вы оба выглядите усталыми.
Совет был дельный. Коуди и Кэсси поужинали в отеле и немедленно отправились отдыхать. Это была их первая брачная ночь. От этой мысли Кэсси почувствовала спокойную истому: сомнения, страх, черные мысли, тоска куда-то исчезли. Осталось только ощущение внутреннего ликования, уверенности и покоя. Но несмотря на это, их соитие было похоже на взрыв: оба были голодны и испытывали мучительное желание. Душевное состояние Коуди требовало немедленной разрядки, освобождения, и он даже не дал Кэсси времени полностью раздеться: поднял ее на руки, опустил на кровать и, прижавшись губами к ее зовущему рту, почти сразу же вошел в нее. Кэсси, вся во власти охватившего ее влечения, легко приняла его — ее плоть была горячей и влажной, готовой к его требовательному напору.
Он двигался быстро, яростно, снова и снова повторяя ее имя, терзая ее, срывая остатки одежды, — и очень скоро оба достигли бурного финала.
— Извини, малыш, я не хотел, чтобы все получилось так быстро, — сказал Коуди, продолжая прижимать ее к себе и часто дыша. — Дай мне минуту перевести дух, и обещаю, что в следующий раз все будет по-другому. Просто я чертовски расстроен. Несмотря на слова Грэнжера, я не чувствую полной уверенности в победе, А когда мне плохо, то я нуждаюсь в тебе еще больше, чем всегда. — Коуди застенчиво улыбнулся.
Кэсси ответила ему страстным поцелуем. — Ты уже передохнул? — В ее глазах сверкнули лукавые искорки.
— Ох, любимая, когда ты находишься в моих объятиях, то долгий отдых мне не нужен!