Оборотень! Мысль пронзила, точно молния. Следом пришло осознание, что творит и с кем.
— Нет! Прек..рати! Зачем?
Ян тоже очнулся, но отстраняться не спешил, хотел понять, почему его так тянет к этой девице. Оба тяжело дышали, сердца бешено колотились, почти в унисон. Золотистые омуты тщательно всматривались в синие, искали ответ, но не находили. Интуиция кричала, что всё правильно, однако разум мужчины противился. Ведь у него уже есть возлюбленная, которая и погрузила его в сон во время последней войны…
— Нужно выбираться, — глухо. — Идём. Не отставай.
Ян устремился вперед, на сей раз путь им освещал светляк, и все ямы с неровностями прекрасно виднелись. Итари шагала позади, прижимая к себе ладони, только сейчас заметила, что раны как и крови больше не было. О произошедшем решила подумать после, в данный момент гораздо важнее найти выход и вернуться к обозу.
Но планам не суждено было сбыться.
По пещере скитались они довольно долго, но выбраться им всё же удалось, с другой выхода. Оказавшись снаружи, уселись на валяющийся в траве ствол дерева, перевести дух. Тут то Итари и вспомнила о том, от кого улепётывала, прежде чем укрыться в этой злосчастной пещере.
— Зверь! — воскликнула, обводя взглядом обозримое пространство.
— Что?
— Ну, я говорила уже, что от зверя убегала.
— Какого такого зверя? Если волка, тигра или медведя, то успокойся, с этой стороны леса они не водятся.
— Да нет. Речь не о них, а об… — вот тут–то и запнулась. Не знала, если расскажет, не сочтёт ли её этот воин за безумную.
— А о ком тогда? — Ян поглядывал с интересом, местность эту он знал, как свои пять пальцев.
— По слухам совсем недавно в округе появился загадочный зверь, — начала девушка издалека, — повадился он ходить по сёлам и деревням, чинил жителям неприятности, нападал на охотников, некоторых порвал когтями до смерти. На наш торговый обоз тоже напал, потом я каким–то образом очутилась в лесу, и зверь предстал передо мной, только выглядел необычно: огромных размеров, но тело его было полупрозрачным и похожим на древних мифических существ — драконов. Только без крыльев.
Мужчина молчал. Выражение лица его было непонятным и задумчивым, даже серьезным.
— Считаешь, что вру? — предположила грустно. Скорее всего так и есть, мало кто бы поверил в эту сказку. Но ответ превзошел все ожидания. Знала бы — не рассказывала.
— Да нет. Верю, — Ян повернулся к наследнице всем корпусом, и «обрадовал»: — по всему это был я, точнее моя магическая сущность. Никак не пойму лишь, почему она оставила тебя в живых?
— Ч–что...?
Теперь пришла очередь удивляться Итари. Она встала, неосознанно попятилась от мужчины подальше, однако, тот тоже поднялся.
— Прости, Тара. Но я не могу отпустить тебя. Тебе придется пойти со мной, пока я не разберусь в происходящем.
— Не–ет, — протянула, медленно увеличивая между ними расстояние. — Никуда я не собираюсь идти с тобой!
— Не глупи.
— Кто ты такой, что смеешь решать за меня?!
— Я–то? Я — император Чёрного Когтя, милочка. — глаза Итари расширились от ужаса. — О–о, вижу наслышана обо мне.
И пока наследница осознавала услышанное, Ян за пару шагов сократил разделяющие их метры, достал из–за пояса меч, вонзил в землю, порезал об лезвие ладонь и вызвал портал. Дальше толкнул в него девушку и зашёл сам.
Красная дымка портала рассеялась на вершине холма в семи верстах от города. Для Итари приземление вышло не особо мягким, подвернув лодыжку, она свалилась в траву.
— У–у–м! Да чтоб тебя волки загрызли! — от души пожелала, баюкая саднящее место. Боль в ноге на время перебила страх.
— Вряд ли это у них получится, не надейся.
Заценив местность, куда их выкинуло порталом, император недовольно прицыкнул, после пробуждения магия никак не войдет в баланс, и траектория перемещения значительно сместилась. Ну хоть так.
— Придётся пройтись пешком, — скосил взгляд на девицу, — до темноты должны добраться.
— Никуда я не пойду! — запротестовала.
— Слушай сюда, Тара. Или ты идешь со мной добровольно или я просто вырублю тебя и поволоку в бессознательном состоянии. Ну, так что выберешь?
Упрямость девчонки бесила, Яну было проще со вторым вариантом, однако, если он прикасался к ней, то терял самообладание. Это раздражало больше. Лишний раз терять голову не хотелось, неизвестно к чему приведёт.