В болгарском народном быту железная орнаментика и выделка предметов из кованого железа были в старину широко распространены и достигали большого совершенства. Насколько позволяли возможности тогдашних мастеров, они очень тонко и с удивительным художественным чувством выковывали разные украшения, крестики, геометрические фигуры, переплетающиеся узоры, и к гордости потомства оставили множество предметов самобытного искусства высокой художественной ценности. Орнаменты на этой двери служили блестящим образцом такого искусства. Дверным петлям была придана форма ореховых листьев, прекрасной работы дверной молоток изображал ужа, заглатывающего лягушку, плоский живот которой приходился как раз против металлической пластинки, прикрепленной железными скобками к тёмному дереву. Дверь была окована тяжёлыми железными полосами, украшенными геометрическими фигурами. Щиток на замке был выкован в виде дубового листа.
Из замочной скважины двери торчал огромный железный ключ; и самый ключ и дверная ручка были так велики, что, казалось, предназначались для великанов.
Павлик нажал на ручку и, к его удивлению, дверь легко отворилась. На молодых путешественников дохнуло затхлым воздухом подземелья. Они переглянулись и смело переступили через порог.
При свете фонариков они увидели большую каменную галерею, которая в глубине заворачивала в сторону. Её стены и грубые каменные плиты были покрыты густым слоем пыли.
За поворотом открылся широкий ров, облицованный камнем. Очевидно он когда-то был наполнен водой, так как на дне ещё оставались следы высохшей тины вперемешку с песком.
Павлик, ни минуты не колеблясь, спустился на дно канала и вскарабкался по противоположной его стенке. На той стороне возвышалась стена, сложенная из больших камней и прорезанная бойницами.
— Тут нет никакого сомнения, — заключил Павлик, — это подземная крепость.
— Быть может раньше существовала и надземная её часть, — заметил Белобрысик.
— Да, по всей вероятности… Посмотрим, что дальше…
Пройдя в разрушенные ворота этого оборонительного сооружения, они очутились в огромном круглом зале с множеством колонн, между которыми чернели входы в какие-то боковые помещения. В середине этого необыкновенного зала монотонно журчала струящаяся из источника вода.
В глубине зала белели мраморные ступеньки. Они так резко выделялись на общем тёмном фоне стен, что не заметить их было просто невозможно. Очевидно это было сделано умышленно.
Павлик и Сашок направились к этим ступенькам. Их шаги гулко раздавались в этом мире безмолвия и запустения и вызвали отзвук со всех сторон пробудившегося подземелья. Они поднялись по ступенькам, прошли по открывшемуся за ступеньками узкому коридору и оказались в просторном зале такого же точно типа, как тот, из которого только что вышли. Здесь однако было светлее, так как во внешней его стене были прорезаны бойницы.
Оба с любопытством посмотрели в одну из них. Вдалеке, над острыми скалами синело небо, а внизу простирался над бездной тот самый железный мост, по которому они прошли. Солнце высоко стояло над горизонтом, и теперь можно было заметить другую тропу, которая с вершины хребта спускалась на дно пропасти.
Она, как и та, по которой они проникли в крепость, была защищена каменным козырьком.
— Может быть именно об этой тропе говорил нам перед смертью Радан «тропинка от вершины в бездну…» — прошептал Сашок.
Павлик ничего не ответил. Он отошёл от бойницы и принялся осматривать зал. Сашок в это время пошёл вдоль бойниц, заглядывая в каждую из них. Вдруг он обо что-то споткнулся и чтобы увидеть, посветил своим фонариком. Он тотчас же отпрянул назад: перед ним, уткнувшись головой в землю, лежал в пыли человеческий остов.
— Скелет! — в ужасе вскрикнул он.
Павлик подошёл и иронически глянул на своего приятеля.
— Что, дрожишь?
Белобрысик гневно сжал губы.
— Больше ты не увидишь, чтобы я задрожал, — процедил он сквозь зубы и отошёл в сторону.
— Как ты иногда плохо владеешь собой! — укоризненно заметил Павлик и пошёл рядом со своим другом.
Чем дальше они шли по обширному кругу, тем больше новых закоулков открывалось между колоннами; как и в нижнем зале, монотонно журчала вода.
— Посмотри, что это там, направо! — изменившимся голосом прошептал Сашок.
Они остановились. На них из темноты в упор смотрели два светящихся зелёных глаза. Когда они направили на них свои фонарики, глаза исчезли.