— Пш-ш… — прохрипел вне себя профессор.
Над ним задвигалась большая чёрная тень. Он почувствовал острую боль, расправил плечи, стремясь освободиться, но погрузился ещё глубже. Всё же ему удалось слегка повернуться набок, и тут он разглядел, что на него спустился огромный орёл.
— Пш-ш! Пш-ш! — отчаянно закричал профессор, с большим усилием высвободил руку и замахал ею.
Орёл взмахнул крыльями, но не разжал когтей. Они ещё глубже вонзились в тело профессора. Тот от боли резко повел плечами, орёл подскочил, поднялся в воздух, описал круг и сел на противоположном склоне пропасти.
Теперь был удобный момент вырваться из сыпучих песков. Профессор напряг все силы, но почувствовал, что его попытки ни к чему не приводят, и беспомощно опустился в песочную могилу. Он так глубоко затонул, что голова и плечи едва оставались над поверхностью. Болезненно изогнутая рука торчала над песками, направленная к синеве безоблачного неба, как сухой прут.
Звать на помощь не имело смысла, никто не мог его услышать.
Раскалённые пески душили его. Кровь сильно стучала в висках.
Он снова посмотрел на орла. И тот внимательно глядел на него, как на свою добычу, с напряжённым ожиданием.
— Вот так судьба, — отчаянно простонал профессор. — Засыпанный в песках или жертва стервятника. — Он не смел пошевелиться, песок уже доходил ему до подбородка.
В этот миг орёл снова вскочил на плечи профессора, крепко вцепился в них и стал бить крыльями, вытягивая кверху засыпанное тело. От мощных взмахов пески задвигались и посыпались книзу тонкими быстрыми струйками. С радостным волнением профессор почувствовал, что плечи его быстро высвобождаются, потом песок остался только под мышками, затем стал доходить только до пояса, дышать стало свободно.
Его закрыло облако пыли, подымаемой мощными взмахами крыльев. Но сквозь это облако сквозила надежда. Увидев, что руки его освободились, профессор приподнялся, схватился за ноги орла, чтобы освободить плечи от острых когтей. Орёл испугался, подскочил, взлетел и опять сел на другом склоне.
Теперь профессор смог без особых усилий высвободиться из песков, прополз до скалы и, ступив на твёрдую землю, лёг на спину, усталый до изнеможения.
В этот же момент до ушей профессора достиг радостный крик «Во-да!»
— Павлик! — всплеснул руками профессор.
Несмотря на свою усталость, он вскочил на ноги, обошёл вокруг скалы, под которой едва не погиб и недалеко от неё увидел широкое отверстие колодца. Возле колодца валялись разбитые куски каменных плит.
«Так вот где заглох грохот падающей скалы!» — подумал профессор и лёг возле устья колодца.
Снизу донесся новый крик. В двух метрах под собой профессор увидел Павлика, скрючившегося в углу колодца.
— Ты ранен? — спросил профессор.
Павлик в ответ смог только невнятно прорычать что-то.
— Поднимись, подай мне руку! — крикнул профессор и протянул ему руку.
Павлик не двинулся. Растревоженный профессор решил спуститься в колодец. Ему это казалось совсем лёгким, так как он видел в стенках колодца каменные плитки, выступающие как ступени. Некоторые из них были разбиты упавшей скалой, но многие оставались целы.
Профессор одной рукой схватился за край колодца, а другой попробовал схватить Павлика под мышки и притянуть к себе. Это оказалось невозможно. Пришлось ступить на провалившуюся в колодец скалу. Она не шевельнулась, так как прочно застряла между стенками колодца. Профессор, к счастью, всё же не доверился этому, а крепко ухватился за ступени, и только после этого наклонился и потащил Павлика наверх. От этого движения скала внезапно скользнула и с грохотом провалилась на дно колодца.
Выбравшись на поверхность, весь в поту, профессор облегчённо вздохнул. У Павлика не оказалось серьёзных ран. Он съехал по скату вслед за рухнувшей скалой, у него на теле были только царапины. Профессор разорвал на куски свою рубаху, перевязал лёгкие раны Павлика, прикрыл его от палящего солнца, и, оголившись до пояса, подошёл к колодцу. Его тянуло посмотреть, какая глубина открылась там, после того, как застрявшая скала провалилась на дно.
Чтобы разглядеть это, он собрал пучок прутьев, прочно перевязал его жилистыми травинками, и вылил на них бензин из своей зажигалки.
Факел полетел вниз, оставляя, как ракета фейерверка, долгий светлый след. Подобно комете он прорезал мрак колодца и осветил обросшие мхом стены. Но спустившись на дно, он не потух, а сильно вспыхнул. Теперь уже горела не маленькая связка прутиков, разгорелось яркое пламя. Ослепительный блеск на миг наполнил колодец, потом раздался будто взрыв бомбы, от которого скалы задрожали.