- Это все.
- Что ж, и это немало. Завтра мы с Кайрелом побеседуем с тобой обстоятельнее – и заодно решим твою дальнейшую судьбу – а пока отдыхай, набирайся сил. И вот еще что, - Опустошитель одним неуловимым движением поднялся на ноги, навис надо мной, в мгновение ока преодолев разделявшее нас расстояние. – Не вздумай пытаться сбежать – замок охраняют сильнейшие колдуны Эсфертума; здесь повсюду магические ловушки и вооруженная стража. А снаружи бродят твари, с которыми тебе вряд ли захочется познакомиться поближе. И помни: один неверный шаг – и твои друзья, этот дикарь Ривен и его лохматая псина, умрут не самой легкой смертью. Все поняла?
Я молча кивнула в ответ, не в силах отвести взгляд от его холодных серебристых глаз, оказавшихся так близко – слишком близко. В моей крови бурлили злость и ненависть, которых я не знала прежде (и даже от себя не ожидала). Ну и, пожалуй, немного страха. А может, и не немного.
- Вот и хорошо, - выпрямившись, бросил Сэт. – Утром я пришлю к тебе служанок со всем необходимым. Вода – на столе, все нужные тебе удобства – тут же, в комнате. Добрых снов.
Уже у двери он вдруг остановился, глянул на меня через плечо, будто что-то вспомнив.
- Как тебя зовут?
«Зови, как хочешь», - мысленно огрызнулась я, но вслух все же буркнула:
- Ирина.
- Ирина... Ну, а мое имя тебе уже, полагаю, известно. Будем считать, знакомство состоялось.
И он с негромким смешком скрылся за дверью.
6
После ухода Сэта я была уверена, что больше не сомкну глаз – однако провалилась в сон, едва моя щека вновь коснулась подушки. Разбудила меня пара служанок, немолодых и молчаливых, которые принесли чистую одежду и все необходимое для утреннего туалета.
- Желаете принять ванну перед завтраком? – спросила одна из женщин, та, что с виду была постарше. Ноэлла – так она представилась.
- Желаю. Спасибо, - кивнула я, оглядев свою рубашку и брюки, в которых и проспала всю ночь. Покрытые пятнами грязи и крови, они явно нуждались в стирке – да и поизносились за время моего пребывания в доме Ривена. Он, правда, отдал мне несколько платьев покойной сестры, но я их почти не носила, предпочитая свою, более удобную (и теплую) одежду.
Хорошо, хоть переодевать не стали, пока я пребывала в бессознательном состоянии, подумала я с облегчением. Воображение услужливо нарисовало картину – Сэт стоит у кровати и наблюдает, как слуги возятся с моим обнаженным телом, – и меня передернуло от отвращения.
В ожидании ванны я подошла к одному из окон, прижалась лбом к холодному стеклу, сквозь узоры изморози пытаясь рассмотреть что-нибудь снаружи – и вздрогнула при виде открывшейся моему взгляду бездны. Внешняя стена замка с этой стороны, по-видимому, сливалась с поверхностью горы, которая отвесно уходила вниз, к торчащим из ее основания каменным зубьям. А за ними, насколько хватало глаз, расстилалась все та же ледяная пустыня – только на этот раз смотрела я на нее с другой стороны.
- Крепость вырублена прямо в горе, моя госпожа, - пояснила Ноэлла, неслышно остановившаяся за моей спиной. – Ванна готова. Мы будем рады помочь вам помыться и...
- Нет-нет, - поспешно оборвала я ее. – Я способна помыться сама. Просто оставьте полотенце и одежду.
- Как будет угодно госпоже, - с бесстрастным выражением лица согласилась служанка. – Мы вернемся, чтобы помочь вам с одеждой и прической, когда вы закончите.
Ванна – большая деревянная бадья с придвинутым к ней столиком, на котором теснились пузырьки с какими-то снадобьями – стояла прямо в спальне, за расписной ширмой. Оставшись одна, я разделась, аккуратно сложила одежду на стуле и, едва не мурлыча от блаженства, забралась в душистую горячую воду. Странно – несмотря на то, что замок Опустошителей был явно построен из камня, в помещении царило тепло, как если бы оно отапливалось. И даже слабые сквозняки не гуляли по полу, не тянули свои щупальца из-за украшающих стены гобеленов. Магия? По всей видимости, без нее здесь не обошлось. Не зря же Опустошители держат при себе всех колдунов Эсфертума... Одни служат им «батарейками», другие, те, что посильнее – обеспечивают комфорт и безопасность. Хорошо устроились, ничего не скажешь.
Что ж, хоть простыть мне здесь не грозит.