− А я уже потерял всякую надежду!
− Тогда, может быть, объяснишь и нам? – повернулся к нему Олег.
− Место, в котором мы сейчас, это реальность Птахшепсесса. А Разумир, его замок и этот сад – принадлежат другому миру.
− Ему повезло оказаться не в то время не в том месте, - съехидничала Кристина.
− Не мне одному, - спокойно ответил волшебник.
− И все же мы вольны путешествовать по миру Птахшепсесса, в отличие от вас!
− И от многих других существ, вырванных из своих миров. Да, все верно, но, юная леди, ты забыла одну маленькую деталь – как любой живой организм, реальность так же имеет иммунитет. И если я защищен от него частью своего мира, которая принялась и сжилась с основной материей, то вы, будучи инородным, чуждым элементом, не можете рассчитывать на какую бы то ни было защиту.
− Вы вечный пленник этого гниющего куска скалы…
− Да, я не могу покинуть пределов моего сада, не расставшись с жизнью. Но в этом нет необходимости, ведь у меня есть вы. Не нужно хмурить бровки, моя дорогая, другого выбора у вас все равно нет. Либо вы ищите Сокровище Контура и вызволяете меня отсюда, либо в скором времени окажетесь вытесненными в безвременье, где нет даже пустоты.
− Так все-таки, чего конкретно вы от нас хотите? – угрюмо спросил Олег.
− Сущий пустяк – найти Сокровище Погибели и с его помощью вернуть меня в родной мир.
− Вы волшебник, подключите свою магию и достаньте его сами! Почему это должны делать мы?
− А разве вы не хотите попасть домой? Единственный способ это сделать – найти Сокровище.
− Я вам не верю.
− Мой мальчик, прожив на белом свете столько, сколько я, ты бы понял, что порой вера и знание идут рука об руку. Мне нет надобности вас обманывать, ведь у нас общая цель. Я устал от заточения, от невозможности творить полноценные чудеса, от необходимости жить в искусственном саду, потому что этот мир давно мертв и не может уже ничего родить. Вы можете отказать и попытать удачу другим способом, вернуться на перепутье миров, из которого попали сюда, но время идет… и когда оно найдет вас, то не пощадит никого.
Воцарилось молчание. Разумир сомкнул веки и стал ждать. Он знал, какое решение они примут, какое решение уже принимали не раз, и не два до них, такие же несчастные узники случая, вырванные из родной реальности и вынужденные спасать себя и еще целый мир в придачу. Ни один из них так и не вернулся. Смалодушничали? Разумиру больше нравилось думать, что время нагнало их раньше.
− Я согласна помочь, - тихо сказала Оксана. Олег бросил на нее быстрый взгляд и коротко кивнул.
− Я тоже, - потом они оба посмотрели на Кристину с Вадимом.
− Все это замечательно, но великий волшебник упустил один маленький нюанс – добраться до цели смогут только двое, разве нет?
− Да.
− Как это? – переспросила Оксана. – Почему?
− Потому что героями не становятся. Героев выбирает Провидение. И вам повезло оказаться в их числе.
− Это ничего не объясняет, - ответил Олег.
− А я ничего и не собираюсь объяснять.
− Мы берем кота в мешке, - резонно возразила Кристина.
− Вы даже не поможете нам? – спросила Оксана.
− Искренне желаю удачи, - Разумир повел плечами, а потом в широком жесте развел руки в стороны и через миг соединил их в громогласном хлопке. – Вот так.
Комната вмиг опустела. В том месте, где на диване примостились четверо подростков, осталась лишь пара примятых локтями подушек, которые так или иначе со временем выпрямятся, приняв прежнюю форму, и все забудут.
Тот, кто назвал себя Разумиром, встал, снял белую полумаску и небрежно бросил ее на кресло. Черный балахон тут же выцвел и сложился в два грубых перепончатых крыла. Встряхнув ими, существо распрямилось, сбрасывая ненужные уже блестки и пиктограммы, и шагнуло к окну. До заката не меньше четырех часов, но сколь много еще предстояло сделать!
Порывшись в складках одеяния, некогда бывшего льняной туникой, но теперь абсолютно истрепавшегося и загрубевшего от пепла и сажи, существо извлекло на свет золотую полумаску и закрыло ею лицо. Сильные руки с когтями распахнули окно-бойницу, мускулистые ноги оттолкнулись от подоконника, выбрасывая длинное тело в пустоту, и существо, облетев замок по кругу, скрылось из вида.