– Ты должна слушаться!
– Не думала, что ты такой тиран.
– Феодора! – громыхнул отец.
За спиной послышалось громкое злое шипение. Вздрогнув, я развернулась. На печи сидел Лих и шипел на отца, демонстрируя полную острых зубов пасть.
– Защитника себе завела? – прищурился папа.
– Кота не трогай. – Я встала так, чтобы закрыть домового спиной.
Тот снова зашипел. Когти царапнули кирпич. Лих злился. Но мне было понятно, что против мага уровня Андрея Домбровского домовой – ничто. Великие Предки, я не хочу, чтобы котик пострадал.
– Ишь ты, – неожиданно спокойно хмыкнул отец. – Ругается он на меня.
Родитель еще раз осмотрелся. Осмотрел меня, явно подмечая и загар, и небрежную прическу, и запылившуюся юбку. В его глазах появилось странное выражение, которое я никак не могла расшифровать.
– Значит, решила жить здесь? Ну, живи.
Сказав это, он развернулся и, как ни в чем не бывало, вышел. Я растерянно хлопнула глазами, потом спохватилась и бросилась следом.
– Уходишь?
– Да, – коротко ответили мне.
– Так, может, и Петра Рылинского с собой заберешь? – набралась я наглости.
Отец замер почти у самой калитки и обернулся.
– Петр здесь?
– Да. Приехал и действует мне на нервы.
– Хм… – задумчиво протянул папа.
Подумал немного, кивнул сам себе, сел в магомобиль и уехал. Купол с тихим хлопком лопнул, обдав меня дождем невидимых иголочек. Я проводила отца взглядом, чувствуя себя очень непонятно, и вернулась в дом. Лиха там уже не было.
Заварив себе чай, принесла его в гостиную и села за стол. Как ни странно, в горячий летний полдень у меня озябли пальцы, и пришлось греть их о кружку. Наверное, это все от нервов. Встреча с отцом породила очень противоречивые эмоции. С одной стороны, он вроде бы решил оставить меня в покое и не стал давить еще больше. С другой, было очень обидно от того, что он вообще начал это делать. Я любила свою семью. И мне казалось, что папа – строгий, властный папа – тоже нас любит. Но если так, почему он наплевал на мое мнение?
Неужели папа думает, что я не в состоянии понять, хорошо мне будет с человеком или плохо? Очень зря. В конце концов, мне двадцать один, а не двенадцать. Я никогда не творила глупостей и не давала повода считать себя наивной дурочкой.
Басовитое мурлыкание заставило отвлечься от невеселых мыслей. Лих выскользнул из спальни и нагло запрыгнул прямо на стол. В зубах домовой нес комок черно-белого меха. Бросив на меня хитрый взгляд, он положил комок на скатерть и отошел.
– Ну и что это? – поинтересовалась я. – Что мне нужно с ним…
Комок шевельнулся, заставив меня подавиться словом. Мех встопорщился еще сильнее, и из него вытянулись лапки с тонкими, почти прозрачными коготками.
– О Великие Предки! – ахнула я. – Ты принес мне… котенка?!
Тот сладко, по-кошачьи, потянулся, раскрывая розовую пасть в смачном зевке. А потом распахнул глаза. Большие, янтарно-желтые, они посмотрели на меня неожиданно внимательно.
– Ты сошел с ума, – сообщила я бессовестному Лиху.
Протянула руку, чтобы погладить котенка, а он вдруг схватился за мой палец своими крошечными зубками и укусил. Больно, аж до крови.
– Эй! – возмутилась я.
Котенок отцепился от пальца и поднялся на лапы, облизываясь. У него внутри затарахтел маленький, но громкий моторчик. Я нахмурилась. Мне казалось, такие крошечные котята еще не должны открывать глаза и вставать. В душе зашевелились интересные подозрения.
Забыв про чай, я нашла в кладовке корзинку, положила туда полотенце, а на полотенце – котенка и побежала к тете Лиде. Но Карповичей дома не оказалось. Пришлось разворачиваться и идти к Арсу.
К счастью, егерь был на месте. Он сидел на крыльце и точил зверского вида топор.
– Привет, – поздоровалась я и сунула ему под нос корзинку. – Можешь сказать, кто это? Явно ведь не обычный кот.
– Хм… – Отложив топор, Арс развернул полотенце. Котенок зевнул ему в лицо и хитро прищурился. – Пожалуй, ты права. Это не кот, а домовой.
– Домовой? Уверен? – беспомощно переспросила я.
– Уверен. Они же здорово отличаются от простых котят.
Котик фыркнул, словно соглашаясь, и требовательно мяукнул.
– Хотя в плане прожорливости совсем не отличаются, – хмыкнул егерь. – У тебя есть молоко?
– Кончилось, – созналась я.
Арс кивнул, поднимаясь, и ушел в дом. Чтобы через минуту вернуться с блюдцем. Почуяв запах, котенок снова мяукнул и выбрался из корзинки. В два шага оказался возле блюдца и зачавкал, разбрызгивая во все стороны мелкие белые капли.
– Мне его Лих принес, – сказала я, не понимая, то ли ужасаться, то ли умиляться.
– Мой Лих? – удивился егерь. – Правда?