– Но это же несправедливо! – возмутилась я. – Они были готовы наказать обезумевшего от горя мужчину, чтобы прикрыть настоящего преступника?!
– В жизни вообще много несправедливостей, – поморщилась Мирослава.
Мы остановились у небольшого ручья, текущего в дальней части левады. Недалеко от нас резвились жеребята. Но мне сейчас было не до красот природы. Душу переполняла самая настоящая ярость.
– Арс сдался, – сказала женщина, понимающе глядя на меня. – Бросил все и уехал. Я встретила его здесь, узнала и стала выяснять, почему человек, почти что приставленный к ордену Огненного сердца, вдруг появился в деревне, да еще и в таком состоянии.
– Но ничего сделать не смогли. – Разочарование накатывало волнами.
– Не смогла, – с горечью призналась Тригорская. – Дядя стоял на своем. Поэтому все, что мне осталось – это присматривать за Арсом в Прилесье.
– Великие Предки… – прошептала я, прижав ладони к горящим щекам.
Ну как же так? Почему все настолько несправедливо? Нет, я не была наивной дурой и понимала, что в мире хватает плохого. Но столкнувшись лицом к лицу с фактом, что принадлежность к знатной семье у нас значит больше, чем настоящий героизм, просто не могла это принять.
Ко мне подбежал гнедой жеребенок и, ткнувшись в живот, заржал тихо и немного тревожно. Я рассеянно потрепала его по шелковистой гриве.
– Ну-ну, – чуть нахмурилась женщина. – Не нервируй мне животных.
– Простите, – выдавила я, пытаясь успокоиться.
Получалось плохо. Сила бушевала в груди, желая вырваться и покарать тех, кто обидел. И мне бы отпустить ее, но краем сознания я понимала, что последствия будут страшными.
Холодная вода, обрушившаяся сверху, стала полной неожиданностью. Я тихо ахнула, зажмурившись, и замерла на месте. Дыхание на секунду перехватило. Но странным образом это помогло отвлечься и остыть.
Медленно стряхнув с волос капли, я открыла глаза. Мирослава стояла в шаге от меня. Над ее ладонью плавал шар воды размером с кочан капусты. И этот шар явно готовился отправиться следом за первым – мне на голову. Но женщина, видимо, поняла, что сила присмирела, и вернула воду туда, откуда она взялась. В ручей.
– Не переживай, там чисто, – хмыкнула она, заметив укор в моих глазах. – Тебе нужно было успокоиться.
– Да, – кивнула я, – спасибо.
Это и правда помогло. А на жарком солнце волосы высохнут за несколько минут.
– Значит, ты все-таки ведьма, – внимательно осмотрела меня Мирослава.
– Я не знаю, – призналась обреченно.
– Не знаю… – проворчала Тригорская. – Что за безалаберный подход? Ведь сейчас хотелось проклясть, да?
– Хотелось, – не стала отпираться я. – За Арса очень обидно.
Женщина немного помолчала, а потом вдруг улыбнулась.
– Ты хорошая девушка, Феодора. И Арс… Я видела вас всего однажды, но он выглядит совсем другим рядом с тобой. Вот только мне кажется, что скоро тебе придется делать выбор. Выбери правильно.
«Выбери правильно»… Ее слова эхом отражались в голове, когда я возвращалась домой. Что значит «правильно»? Забыть все, будто ничего не было, спокойно дождаться начала учебного года и уехать в Староград, к привычной и понятной жизни? Вернуться к загадке сагаров, совершить открытие и добиться признания в научных кругах? Подавить силу ведьмы или наоборот – разбудить ее? Хотя все эти вопросы меркли, стоило задуматься о мужчине, чью тайну я сегодня узнала.
Мы очень разные. Очень. Я, несмотря ни на что, остаюсь дочерью рода Домбровских. Он – деревенский егерь, отшельник, разочаровавшийся в жизни и людях. У нас не может быть ничего общего. Но мне до безумия хочется, чтобы было. Чтобы Арс перестал отгораживаться от тех, кто может стать его другом. Чтобы не жил воспоминаниями, а смотрел в будущее. Чтобы улыбался, легко и искренне.
И ведь я могу ему помочь. Но для этого придется полностью изменить свою жизнь, без полумер. Отказаться от привычных планов и открыть новую дорогу. Страшно? Еще как. И никто не подскажет, правильным это будет или нет.
Ноги сами принесли меня к дому егеря. Я поднялась на крыльцо и постучала в приоткрытую дверь.
– Феодора? – удивился выглянувший на крыльцо Арс.
Он посторонился, пропуская меня в дом. Я шагнула внутрь, не понимая, что сейчас говорить или делать. Глаза начало щипать от подступающих слез, но мне не хотелось плакать перед ним.
– Эй, – нахмурился Арс. – Что случилось? Тебя кто-то обидел?
– Нет, – я замотала головой. – Это просто… просто…