Они заступили на пост пять часов назад и с тех пор отчаянно скучали. Наблюдение, должно быть, самая скучная работа после поиска ржавчины на рельсах. Они были злы и раздражены. Один из мужчин курил, двое других мучились от духоты. Все трое замерзли и не имели возможности размяться. Бывшие агенты, специалисты по контршпионажу, они вышли в отставку и теперь работали по контрактам.
Многие агенты в отставке периодически выполняли работы для правительства, но эти трое были исключением. Они больше уважали деньги, чем патриотический долг, и продавали информацию, которую им удавалось добыть, тем, кто больше заплатит.
Один из них, тощий, лохматый блондин, не отрываясь смотрел в бинокль на закрашенное окно кабинета Шиллера.
— Он уходит, — проговорил бывший агент.
Тучный мужчина в наушниках, склонившийся над магнитофоном, кивнул:
— Он закончил разговор.
Третий, имевший роскошные напомаженные усы, манипулировал лазерным параболическим микрофоном, обладавшим сверхвысокой чувствительностью, и мог улавливать звуки голосов в комнате благодаря создаваемой ими вибрации оконного стекла. Колебания усиливались с помощью оптоволоконной техники и записывались на обычный магнитофон.
— Что-нибудь интересное? — полюбопытствовал взъерошенный блондин.
Толстый агент снял наушники и вытер пот со лба:
— Думаю, на свою долю от продажи этой бомбы я куплю лодку.
— Мне тоже нравятся денежки.
— Эта информация стоит больших денег, только надо знать, кому ее продать.
— Кого ты имеешь в виду? — спросил человек с усами.
Толстый улыбнулся как сытый койот:
— Богатенького дельца, который страстно желает договориться с Ахмедом Язидом.
19
Президент поднялся из-за стола и кивнул вошедшему в Овальный кабинет директору ЦРУ Мартину Брогану. С некоторых пор брифинг проводился каждое утро.
Формальный обмен рукопожатиями между двоими мужчинами, занимавшими самое высокое положение в стране, прекратился почти сразу же после того, как их встречи стали ежедневными. Худощавый и неизменно учтивый Мартин Броган против этого ничуть не возражал. Его узкие, с тонкими, длинными пальцами музыканта руки изрядно страдали от медвежьих пожатий президента, вес которого перевалил за двести фунтов.
Броган дождался, пока президент сел, и только после этого сам опустился на удобный кожаный стул. Согласно установленному ритуалу, президент налил кофе в большую кружку, добавил ложку сахару и передал Брогану.
Затем он провел рукой по своей посеребренной сединой шевелюре и внимательно взглянул на Брогана:
— Итак, какие секреты стали вам известны сегодня утром?
Броган пожал плечами и передач президенту тонкую кожаную папку.
— В девять часов утра по московскому времени советский президент Георгий Антонов по дороге в Кремль трахнул свою любовницу на заднем сиденье лимузина.
— Я могу только позавидовать такому способу начинать рабочий день, — ухмыльнулся президент.
— Он также сделал два телефонных звонка из машины. Один — Сергею Корнилову, руководителю советской программы космических исследований, другой — своему сыну, работающему в коммерческом отделе советского посольства в Мексике. Запись разговоров на страницах четыре и пять.
Президент открыл папку, нацепил на нос очки для чтения и пробежал глазами указанные страницы, как всегда удивляясь расторопности работы разведки.
— А как провел господин Антонов остаток дня?
— В основном он занимался внутренними делами. Вы бы вряд ли захотели оказаться на его месте. Состояние советской экономики день ото дня ухудшается. Реформы не работают. А старая гвардия в Политбюро вовсю копает под него. Военные также недовольны его предложениями по вооружениям и предпринимают шаги для сближения с оппозицией. Население также начало высказывать возмущение, тем более что очереди в магазинах становятся все длиннее, а продуктов — все меньше. Наши оперативники докладывают, что на стенах домов все чаще появляются написанные краской лозунги, призывающие к свержению режима. Объем промышленного производства снизился еще на два процента. Существует высокая вероятность того, что Антонов будет отстранен от власти еще до наступления следующего лета.
— Если мы не справимся с бюджетным дефицитом, я могу оказаться в одной лодке с ним, — невесело усмехнулся президент.
Броган промолчал. Да от него никто и не ждал ответной реплики.