Против первого своего соперника Когаш вышел, представляя себе, будто идет высекать колонну из камня в пещере. Должно быть, мысль эта отразилась на лице, ибо противник его, увидев Когаша, сосредоточенно прикидывающего, какие лишние части у него отрезать, попятился, оступился - и в следующий миг лезвие меча Когаша оказалось у него перед грудью. Под свист зрителей побежденный удалился.
Победившие в первых боях вновь разбивались на пары и после короткого отдыха сходились в новых схватках. Со вторым противником Когашу повезло меньше. Первый удар выбил из обоих мечей сноп искр; однако меч Когаша остался невредимым, на мече же его противника осталась зазубрина, и после еще трех ударов тот переломился.
- Вот это меч! - ахнули одни.
- Нечестно! - закричали другие. Судьи потребовали к себе владельца чудесного меча и, после долгого совещания, решили, что Когаш все-таки имеет право им пользоваться - не его вина, что меч противника оказался столь слабым. Настоящий воин, произнесли судьи, обязан иметь хорошее оружие; а плохому воину и отличное оружие не поможет.
Наконец, перед ним появился третий противник. Он вышел в глухом круглом шлеме, какие носят только опытнейшие воины, не желающие быть узнанными - такой шлем с узкими прорезями для глаз почти не оставлял обзора, заставляя хозяина ориентироваться по звуку или по наитию, которое у иного воина успешно заменяло зрение.
И вот, это наитие подсказало Когашу, что перед ним - тот противник, которого он ждал. Когаш скользнул краем глаза по тому месту, что занимал Аглас среди зрителей - и убедился, что это место опустело. Значит, Аглас не смог удержаться, чтобы самому не проверить своего будущего слугу. Когаш мысленно усмехнулся: если отказа от приглашения на ужин правитель переносит с трудом, как же он перенесет поражение в поединке, на глазах у всех?
Однако, Аглас переоценил свои силы. Скованный тяжелым шлемом, он не мог уследить за всеми движениями Когаша, и тот очень быстро смог обмануть его бдительность и внезапно появился за спиной правителя. Аглас дернулся назад - и уперся спиною в острие меча.
- Сними шлем, - потребовал Когаш. Аглас тяжело дышал - и не шевелился.
- Ладно. Тогда ступай со мной, - велел Когаш и осторожно повел мечом, подталкивая пленника.
Над полем повисла тишина. Мало кто знал, что под шлемом скрывается правитель, но все чувствовали, что происходит что-то странное. В Агласе боролось нежелание проигрывать под собственным именем - и протест против непонятного принуждения, которому его подвергают. Все-таки страх позора оказался сильнее. Повинуясь давлению меча, Аглас вышел с поля.
- Что там такое? - шумели зрители.
- Видно, давние враги. Один другого взял в плен. Что же, имеет право.
- Да неужто прямо здесь будут чинить расправу и меряться старыми обидами? Куда смотрит правитель? А где, кстати, он?
Когда поднялся шум по поводу исчезновения правителя, тот, окруженный ильвами, людьми Драгомира и Гарнала, с завязанными глазами, в чужом седле уже скакал к выходу из лагеря. Кто-то из стражников бросился наперерез отряду - и едва успел увернуться от копыт коней.
- Дорогу! - ильвы вытащили луки. С вала перед копытами коня Уэлана ударила стрела; ильв поднял голову - и узнал вчерашнего соперника, стрелка из гвардии Агласа. Миг - и стрелок рухнул с вала наружу со стрелой в горле. Уэлан спокойно спрятал лук.
На просторе степи погоня развернулась с новой силой, но ильвы настойчиво уводили путников к северу, в лес, и преследователи потеряли их из виду прежде, чем приблизились на полет стрелы. Когда деревья сгустились, кони умерили шаг, и вскоре беглецы остановились для привала.
Правителя сняли с коня и посадили под деревом.
Первый, кого увидел Аглас, когда ему развязали глаза, был Гарнал.
- Я так и думал, - процедил правитель сквозь зубы.
- Думаю, теперь вы сможете спокойно все обсудить, - произнес Когаш. Аглас смерил его негодующим взглядом:
- Третья наша встреча будет для тебя последней!
- Берегись, как бы для тебя не стала последней эта встреча! - повысил голос Гарнал. - Где Ундан? - обернулся он к ильвам.
- Ундан не придет, - спокойно отвечал Уэлан.
- Как так? - растерялся Гарнал.
- К чему прибегать к помощи мага, если вы можете обо всем договориться сами? - вставил Когаш.
- Ты! - вдруг взъярился Гарнал. - Дважды... Трижды предатель! Кого ты еще не обманул?
- Спокойно, - Уэлан обнажил тонкий длинный меч, прятавшийся под его плащом. - Когаш-кун является нашим главою, и мы не позволим его оскорблять.
Гарнал огляделся. Ильвов и людей Драгомира был гораздо больше, чем его слуг, и он с грустью понял, что настоять на своем ему не удастся.
- Мы желаем завершения распри между вами, - продолжал Уэлан. - Кроме того, мы желаем, чтобы вы отвели свои войска с нашей земли. Вот все, чего мы просим. Ради этого мы и пошли на такой риск, пробрались во вражеский лагерь, устроили похищение правителя. Но мы не желаем, чтобы вместо Агласа наши земли разорял кто-либо другой: Гарнал, или Ундан, или Бросс Клаган.
- И как вы думаете этого добиться? - ехидно спросил Гарнал.
- Очень просто. Мы возьмем у правителя приказ о назначении тебя... Хранитель дворца тебя устроит? Вот, Аглас подпишет этот приказ, и ты отправишься с ним, а также с приказом отвести войска на место зимовки, в лагерь. А потом, когда войска отойдут, мы отпустим самого правителя, и уж по его возвращении вы решайте свои вопросы, как знаете. Полагаю, ты не будешь настолько глуп, чтобы дать себя тут же схватить и бросить в темницу.
Аглас, внимательно наблюдавший за перепалкой, но не произнесший до сих пор ни слова, внезапно вмешался:
- Вы забыли спросить меня, подпишу ли я такой приказ.