— Леви был одним из тех вампиров, которые приходили ко мне. Леви, Слоун и Блейк. Клайв не стал утруждать себя знакомствами.
— Бывали уже такие ситуации? — спросил Коннор. — Они уже выдвигали такие требования?
— Не знаю, — ответил Тео. — У нас нет доступа к их архивам.
— Мы прошерстили даже самые темные уголки Интернета, — сказала Петра, — и не нашли ничего, указывающего на то, что они предпринимали принудительные меры такого рода.
— Значит, я особенная, — произнесла я, но я не хотела, чтобы меня как-то выделяли. Только не они.
Коннор потянулся и сжал мою руку.
— Сегодня мы с этим разберемся и покончим с ними.
Я улыбнулась ему, хотя и знала, что так не будет. Но все равно оценила это.
* * *
Дорожки, вымощенные щебнем, огибали главное здание и расходились по другим частям территории. Мы направились к настоящей роще, моя рука крепко сжимала катану, а монстр наблюдал и ждал.
«У нас договор», — напомнила я ему и была почти уверена, что он метафизически послал меня к черту.
Тропинка огибала широкий луг, с аккуратно подстриженной травой, наполняющей тихий воздух ароматом. В дальнем конце был холм, поросший деревьями, которые вырисовывались темным силуэтом на фоне звезд. На мгновение я посмотрела на эти деревья и подумала о том лесу, где бушевали чудовища, огонь и проливалась кровь. Мое сердце сильно билось о ребра, каждый удар был похож на топот лап — уродливых и полных ярости — шагающих в темноте.
Коннор взял мою руку и сжал. Я посмотрела на него и в его пристальном взгляде нашла утешение.
— Даже тогда ты вышла победителем. И так будет снова. — Он наклонился, и его темные кудри коснулись моей щеки. — Ни один вампир не сможет остановить тебя, Лиз.
— А волк? — спросила я, улыбаясь, как он и предполагал.
Его улыбка была широкой, собственнической и опьяняющей.
— Я остановлю тебя, только если ты побежишь. Но ты не трусиха.
— Да, — сказала я ему и себе. — Не трусиха.
Тео, который вышел на середину луга, огляделся по сторонам и упер руки в бока.
— Если уж кому-то приспичило устроить разборку с вампирами, то это место ничем не хуже любого другого.
— Отвратительная погода, — произнесла Петра, мрачно глядя на усыпанное звездами небо. — Я ничего не могу с этим поделать.
— Это великолепная ночь, — сказал Алексей.
— Точно. — Она подняла руку и нахмурилась — ей на ладонь с шипением упали три маленькие искорки, прежде чем снова исчезнуть. — Дрянь, — повторила она.
Алексей просто посмотрел на нее.
— Ты странная.
Скривив губы, она щелкнула пальцами, и глаза Алексея расширились при виде голубой искры в ее ладони. Может, она и хотела создавать бури, но не нуждалась в этом, чтобы творить чудеса.
— Я-то? — спросила она.
— Да, — ответил он. — Это был комплимент.
Она фыркнула, но снова щелкнула, и искра исчезла. Затем она достала из кармана белые перчатки и натянула их.
— С такими-то друзьями, — спросил Коннор, — кому нужны враги?
— Как видно, вампирам. — Я огляделась. — Все знают свои роли?
— Оставаться в стороне и не вмешиваться? — спросила Петра.
— Да, — ответил Тео и посмотрел на меня. — Официально мы здесь в качестве наблюдателей, чтобы вмешаться только в случае необходимости. Чтобы защитить общественность и Суперов нашего города. — Он слабо улыбнулся. — Мы также держим связь с Роджером. В трех километрах дальше по дороге стоит пара машин отдела Суперов ЧДП. Достаточно близко, чтобы вмешаться в случае необходимости. Но не так близко, чтобы их заметили.
— Хорошо, — произнесла я. — Спасибо, что организовали это.
— Всегда пожалуйста.
Мы все притихли и ждали наступления полуночи. И когда наступило время, две дюжины одетых в черное вампиров, выглядевших суровыми и абсолютно праведными, молча перешли границу, так что ни одна травинка не шелохнулась. Сегодня не было строгих костюмов, сшитых на заказ. Только темная униформа и катаны в лакированных ножнах. Рабочая одежда вампиров. Работа обещала быть кровавой. «Они боятся меня или того, что я выберусь из их сетей?» Из-за этого я забеспокоилась, что нас пятерых будет недостаточно, и что я подвергну опасности своих друзей.
Их магия настигла меня, как туман, гламур, призванный смягчить, успокоить. И, как я предполагала, заставить меня подчиниться. Он не был незаметным, что позволяло легко противостоять ему. Я использовала свой собственный гламур как щит, обернув вокруг себя, подобно плащу. Я изобразила на лице вежливое и высокомерное безразличие, и туман рассеялся. Они сделали свой первый шаг, и меня это не впечатлило.