— Ну… тогда после ужина? Или сколько там готовятся блюда… минут сорок? — задаётся Берил вопросом, хлопая пальчиком по губам.
Скрывать, что ей хотелось повторить ночь с начальником не имело смысла — с этим мужчиной желания хоть отбавляй. И даже если её не вспомнят после второго раза, Харрис решает, что будет напоминать о себе сама.
— Кабинка туалета. Они здесь большие, и за такое время я раза три тебя доведу до конца, — выдаёт мужчина, а глаза того нездорово заблестели. И прямо даже проблески в памяти какие-то появились. Наверное, пассии вспоминаются только при непосредственном акте либо же разговоре о нём.
Девушка молча поднимается со своего места, встает напротив мужчины и, наклонившись к уху, шепчет:
— Тогда, идём?
Он же всё равно не вспомнит, так какая разница? Ведь можно приятно на этом сыграть.
Глава 12
Адам закрывает двери кабинки в мужском туалете и тут же опускается на колени, расстегивая пуговицу джинсов девушки. Спуская низ, вместе с бельём, брюнет разводит стройные ножки по сторонам, оказываясь практически под ними. Пальцами ласкает опухшие половые губы, разводит и языком принимается за дело, вылизывая Харрис, будто прося прощения за былой холод.
Берил, в свою очередь, даже опешила. Девушка до последнего верила, что секс в кабинке туалета — просто шутка, но теперь уж куда шутить? Дыхание учащается, а с губ слетает тихий стон, отчего приходится прикрывать рот рукой.
— Директор… — произносит она тихо, — так будет с-слишком… ах… слишком громко.
— Тебе есть дело до тех, кто сюда заходит? — звучит снизу. Адам языком входит в лоно, начиная двигаться. Понимает, что Харрис наверняка тяжело стоять так, когда всё спущено вниз и нельзя расставить ноги ещё шире или закинуть их на плечо. — Снимем твой низ?
Девушка согласно мычит, держась одной рукой за его плечо.
— А может… по классике трахнете, а?
Адам отстраняется от Берил, смотря на неё снизу вопросительным взглядом. Глаза того блеснули, и брюнет выудил одну ногу, затем вторую и повесил вещи на крючок. Взяв девушку на руки, он, как лягушонка, впечатывает её одной рукой спиной к стене, пока второй занимается брюками и бельем. Колом стоящий член входит головкой, а затем на половину, принимаясь втрахивать возбужденную шатенку в стенку кабинки, вмиг нарушая тишину в туалете.
Всё хлюпает, стены кабинок чуть трясутся, но паре не до этого. Харрис пытается удержаться на весу, обнимая мужчину за шею, стонет, уже не сдерживаясь, и параллельно пытается ловить воздух. Она запрокидывает голову и мычит от очередного трюка языком Честера. Нравится. И он, и то, что сейчас происходит. И плевать что будет дальше.
Девушка выравнивается, сама целует его губы. Ну как тут не удержаться, когда на тебя смотрят чуть ли не животным взглядом, полным страсти? У Берил на мгновение словно что-то щёлкает в голове, но она тряхнула головой, стараясь откинуть ненужные мысли.
«Быть такого не может…»
Он отлипает от её губ, снова оставляя отметину на нежной коже шеи. Рычит, дышит тяжело то в губы, то на ухо, пока внизу скользит внутрь, бешено разгоняясь. Снова берёт быстро и грубо. Ручки Харрис вновь скользят под его рубашку, оставляя на спине отметины, пока снизу всё пульсирует, сжимается и отдаёт в горячий орган, заставляя прийти к концу намного быстрее прежнего.
Давно у Честера не было одной и той же партнёрша. Кто ж вынесет такого? Брюнет изливается в лоно девушки и смотрит в её глаза своими черными, спрашивая:
— Еще? Или отпустить тебя? — почти что шепчет ей в губы.
Берил не уводит взгляда, понимая: это точно тот взгляд, тот самый. Ни с каким другим его не спутать.
— Ещё… — шепчет шатенка в ответ.
Адам двигается медленно, вновь дразня. И вдруг снова скользит, в конце вбиваясь в тело и тем самым издавая громкий хлопок.
— Хочу, чтобы ты мычала в губы, — говорит он перед жадным поцелуем.
И Харрис выполняет его просьбу, полностью растворяясь в жарком соитии губ.
****
Проходит ещё одна неделя. Рабочий день близится к концу. Девушка дописывает что-то в свой блокнот, а после повернулась к Лео.
— А что будет, если не появится та, кто снимет проклятье с кого-то, кто под ним?
— Ничего. Будет мучиться один всю свою жизнь со своим проклятьем, пока коньки не отбросит, — отвечает шатен, пялясь в компьютер, пока сзади на диванчике сидит Рик, которого видят только эти двое.