— Адам… — зовёт она его нежно.
— Чего?.. — тот дернулся. Думал, что какая-то женщина его трогает, отчего того перекосило и заставило нахмуриться. Он глаза открывает и сонно на нее смотрит, брови сведя вместе. — Какого… — смотрит на мальчика, на девушку, на грудь, снова на девушку. Берил. Это Берил.
Адам хватает ее за руку, и пальцы переплетает, касаясь ее лба своим.
— Разве ж я могла вас оставить? — с улыбкой произносит она, — Только вот… Похоже… Теперь одежды нет у меня…
Честер молча стягивает плед откуда-то со стороны изголовья, и накрывает им девушку.
— Я все куплю… — единственное, что он проговаривает, утыкаясь после носом в ее шею.
— Эх… Мои мужчины… — произносит она с лёгкой улыбкой.
— Как это произошло? — обнимает он ее одной рукой, второй поглаживает голову малыша и дышит ей в шею.
Девушка дёрнула плечами.
— Повезло? — спрашивает она.
— Проклятие спало и ты, как единственная, кто сделал это… Можешь попросить об услуге… — мужчина в чёрном завис в воздухе.
— Мой малыш…
— Не проклят. С рода снято проклятие… Хочешь вернуться?
— Я… Хочу, но…
— Ты не сможешь больше иметь детей, и твоя жизнь будет зависеть от этого оборотня. Умрет он — умрёшь и ты, разлюбит тебя и захочет уйти — тоже умрешь. Станешь такой же как он, облачишься в шерсть и будешь нести это бремя. Согласишься ли ты вернуться на таких условиях?
— Да… — без раздумий ответила девушка.
— Тогда… Если до рассвета он узнает тебя…
— Спасибо…
— Я ведь так и не дождалась… Пока ты скажешь мне, что любишь. Разве я могла уйти?
— Я говорил тебе тогда, когда уходил… — хмыкнул брюнет носом. — Я люблю тебя, Берил. И всегда буду любить. Спасибо за сына…
Она искренне улыбнулась.
— Ты сказал тогда «я тоже», это не почти одно и то же! Но теперь я довольна! Но… единственное… — она отводит взгляд, — Не думаю, что смогу родить тебе еще…
— В этом нет проблемы, — успокаивает Адам девушку, что выглядит жалобно сейчас. — Будем жить втроём. Нам его хватит, — улыбается Адам.
— Уверен? Я… не смогу подарить тебе большой семьи… ну… в таком смысле точно нет, но… мы же можем взять приемных детей, верно? Если… захочешь…
— Если захочешь ты. Для меня важно твое состояние и важны твои желания. Мои уходят на второй план, — поглаживает он ее по спине и дышит уже спокойно, не рычит как вчера.
— Испугался? — спрашивает она, — Или обрадовался, что теперь свободен? Не надо таскать сгущёнку с мясом или посреди ночи нести меня на себе через весь лес к горной реке несколько часов.
— Если бы попросила спрыгнуть меня с вышки — я бы сделал это не задумываясь. Я буду делать все, что ты захочешь, все, что покажется тебе нужным в любой момент.
— Адам, дурак… Не нужно! — та дует губы, — я же люблю тебя. Зачем мне тебя терять?
— Не знаю… — вздыхает он и целует ее в шею. — Я должен уехать, чтобы привезти тебе вещей. Или по старинке закажем все с твоего телефона?
Она тихо посмеялась.
— Думаешь, настолько изменился размер? — смеётся она с него, — Мне и те вещи пойдут на первое время. Я не планирую уходить из поселения… Если не гонишь…
— Что, если я хочу для тебя что-то новое? Я месяц уже ничего тебе не покупал. Так дела не делаются, — садится он теперь снова напротив, чтобы смотреть в ее лицо. Смотрит на малыша, который уже заснул, на нее снова. По нему и не скажешь, что он обрёл настоящее счастье, которое внутри у него комочков вьется по всему телу и разносится так приятно.
— Адам… — она тихо смеётся, — Если так хочешь — можешь просто купить… Не обязательно придумывать поводы для того… — девушка строит милое личико.
— Ладно-ладно, — посмеялся он тихо. — Давай уложим его и сами ляжем… Тебе стоит отдохнуть.
— Мы только проснулись… — Заметила она, — Пойдём домой? Ой! — Девушка посмотрела на разбитую вазу и драную штору.
— Это я, да?
— Ты, но… Ничего страшного. Ляг отдохнуть, я все уберу, — поцеловал он ее в макушку и мальчишку забрал, уложив его в люльку.
— Адам… Всё-таки… Чужой дом. Давай к себе? Там отдохну…
— У нас ребенок спит… Черт… Хорошо, я сейчас все уберу. Точнее, схожу тебе за одеждой, а потом уберу, и затем уйдем.
Глава 21
Адам вышел из комнаты, потом из дома, уходя к своему. Зашёл на второй этаж, порыскал что-то в шкафу и вернулся снова к Эвансам. Девушке одежду вручил, а сам занялся устранением всего, что натворила его любимая.
После прошел к Лео, постучав в двери комнаты. Извиниться нужно.