— Ооо… — удивлённо подхватил его друг. — Так это она? — не моргая уставился мне в лицо, обдувая меня несвежим дыханием.
— Онааа!! — счастливо подтвердил чернявый, вцепляясь мёртвой хваткой мне в локоть.
— А «чёй-то» она маленькая такая…? — нахмурился второй, рассматривая меня стеклянным взглядом. — Ик. Сколько ей годиков-то?
— Совершенно… совер… «совершенная» она у меня! — серьёзным голосом произнёс Петюня, выставляя к небу указательный палец, в то время как я ловчилась вернуть его в вертикальное положение.
— Ааа… — почти осмысленно выдал друг. — Тогда красивая…
— Дааа! — гордо улыбнулся Пётр, кидая на меня любовный косой взгляд.
— Так, заткнулись оба и быстро встали! Хватит на холодном лежать! — рявкнула я, устав слушать этот бред.
— Ооо! — ошарашенно промолвил второй. — Теперь понятно кто в вашей паре с яйцами… Ик.
Сзади послышались голоса мамы и Димы и я, облегчённо выдохнув, подозвала их к себе на помощь.
— Лучше не зли её, придурок… — пробормотал Петюня, пока напряжённый до предела Дима, поднимал его на ноги. — Она мне один раз зуб выбила с одного удара…
Встретилась взглядом с родителями и пожала плечами, типа: «Пфф… что взять с пьяного…?»
Кажется, мне не особо поверили, но отрицать буду до конца.
Желание «гулять» тут же отпало и пока Дима уводил домой своего сына, мы с мамой остались караулить второго, чтобы не удрал и нигде не потерялся.
В квартиру возвращалась с тяжёлым давящим чувством в груди.
— Ну и что с ними делать? — устало спросил Дима, возвышаясь над двумя развалившимися на диване наглецами.
— Помыть… — поморщилась мама, зажимая нос.
— Вер, вот мне делать больше нечего, как двух мужиков отмывать!! — огрызнулся мужчина. — Поднимайтесь и в комнату. — указал парням на дверь. — Мне вот только этим сейчас и заниматься!! — вздохнув и бурча под нос, стал толкать обоих перед собой. — На**я надо было так нажираться?? — гаркнул на всю квартиру.
— Праздновали беременность Кариииночки… — с пьяной иронией ответил Петюня. — А ещё болезненный разрыв с Лииизонькой… — продолжил язвить, тыча куда-то в мою сторону пальцем.
— Бабы создают этот мир… они же его и рушат. Ик. — начал философствовать его друг, за что тут же словил подзатыльник от Димы.
— Ты-то куда, Рома? Серьёзный парень ведь был… — упрекнул мужчина, заталкивая обоих в спальню. Зайдя вместе с ними и повернувшись на пороге к нам с мамой, Дима вымученно улыбнулся и затем плотно закрыл дверь.
— Всё будет хорошо, Лиз. — дотронулась до моего плеча мама и меня словно от прокололи иголкой.
— Нет! Не будет! — рвано прошептав, закрыла руками лицо и разрыдалась.
— Лизуня… — прижала к себе мама и по её сбивчивому дыханию, я поняла, что плачет и она.
— Он всегда выбирает её, мам! — в голос завыла я. — Всегда возвращается к ней… А теперь и подавно… Она победила!! — стала кричать, пытаясь отстранить лицо от маминых рук.
— Да прекрати, Лиз!! Ещё ни одной женщине не удалось удержать мужчину ребёнком, рано или поздно он всё равно уйдёт. — затараторила мама, уводя меня на кухню. — Петя тебя любит, и он далеко не дурак. Всё решится лучшим способом, вот увидишь! Потерпи немного… — меня усадили на стул и поставили перед носом кружку с какими-то заваренными травами.
— Не могу терпеть, мам… — глотнув эту отраву, прохрипела я. — Мне плохо! — ссутулившись на стуле, подтянула к себе ноги и обняла колени.
— Девочка моя… — дрогнувшим голосом прошептала мама, уже не сдерживая и свой поток слёз.
Несколько минут мы сидели в тишине, прижимаясь друг к другу потеснее, как внезапно мама воскликнула:
— А поехали с нами в Австралию, Лиз?
Я подняла голову и вопросительно взглянула на неё.
— Отметишь с нами Новый год! Отдохнёшь! Посмотришь на наш новый центр! Давай! Соглашайся! Будет здорово! — уже более бодрым голосом предложила мама.
Я с сомнением наблюдала за её восторгом и ничего не отвечала.
— Дайте друг другу время… — тихо добавила она.
— Какое время, мам? Какая Австралия? — вытаращила глаза. — Ты видела его? Да он сопьётся, пока я там отдыхать буду!
— Да ну, прекрати! Ну выпил человек… он тоже не из камня сделан. Все мужики тут же припадают к бутылке, чувствуя себя слабыми.
Словно от холода, по моему телу пробежалась волна дрожи и я задумчиво отхлебнула ещё немного успокаивающего чая.
— И Лиз, Дима сейчас из них всю душу вытрясет!! Их потом от слова «алкоголь» начнёт от страха колбасить! — закрепила мысль мама, почувствовав брешь в моих убеждениях.