— Тогда сделай кофе, раз на кухню идёшь! — застёгивая ширинку на штанах попросил Петюня.
— А пяточку тебе не поцеловать? — возмутилась я.
— И не проси. На пяточку нет времени. — ответил брюнет, носясь за моей спиной и пытаясь что-то найти.
— Чего радостный какой? — удивлённо разглядывала брюнета. — Раздражаешь. — бросила ему я, когда уже надоело следить за мельтешением перед глазами.
Заварила себе чашку чая, нарочно игнорируя просьбу о кофе. Только взяла в руки, чтобы сделать глоток, как ветром надуло одного нахала, который выхватил чашку из рук и выпил всё залпом, не обращая внимание на то, что это кипяток.
— ААААА! — прозвучало через пару секунд.
— Так тебе и надо! — схватилась за бока и от души рассмеялась. — Не будешь брать чужое! — добавила серьёзным тоном, когда Петюня пришёл в себя и уже не носился из угла в угол, дыша как огнедышащий дракон.
Внезапно он остановился, и подскочив ко мне одним прыжком, смотря прямо в глаза, повелительным тоном сказал:
— Здесь ВСЁ моё! — и поцеловав оторопевшую меня в щёку, схватил свою барсетку и убежал надевать верхнюю одежду.
— ДОСТАЛ! — бросила ему вдогонку.
— Жди меня после пар возле института, малявка! — прилетело в ответ, и я услышала, как хлопнула дверь.
Пока готовила завтрак — ворчала, пока спускалась к Матвеевой — ворчала, пока мы ехали в автобусе до института — ворчала ещё больше, потому что так приятно изливать всю эту «воркотню» на бедного слушателя, а не держать в себе. Манька как честная подруга выслушала всё моё нытьё и торжественно, не скрывая счастливой улыбки, передала меня в руки Соньки.
Оп, новая жертва. Дубль два.
Села за парту к одногруппнице, распрямила плечи и по новой…
Если Машка ещё деликатно делала вид, что слушала и иногда кивала, когда я начинала эмоционально жестикулировать, а то, если этого не сделать, я подумаю, что она прослушала и начну всё заново, то Покровская, выждав пару предложений, просто повернула голову и сверля меня своим утренним зомбическим взглядом, сказала: «Отвали, а?».
Если бы не преподаватель, озвучивший на всю аудиторию, что вместо лекции будет тест, то я провела бы Соньке целый урок морали.
Повезло…
Ушла с головой в учебный процесс и не сразу обратила внимание на вибрацию в кармане.
Выглянула из-за плеча Маньки, сидящей за передней партой и убедилась, что препод что-то увлечённо ковыряет у себя на столе. Отличное занятие, а главное надолго.
Включила телефон и улыбнулась:
«Кроха, как такое может быть? Я не видел тебя одну ночь и уже начинаю нервничать… Мне срочно нужен успокоительный поцелуй, а то начну буянить и меня исключат…»
Незамедлительно ответила:
«Наумов, нельзя подвергать людей опасности!!! Беги к учителю и проси, чтобы он успокоил тебя прямо сейчас!»
Прощай, концентрация на тесте и здравствуйте, мысли о Денисе.
Да так основательно зависла, что пропустила момент, когда в голову учителя пришла светлая мысль походить по аудитории. Если бы не толчок в бок от Соньки, то пиши-пропало. В последний момент спрятала мобильный под столом. Сделала умный вид, умножая в уме «дважды два». Прокатило.
Как только опасность миновала, вытащила мобильный на поверхность и прочитала новое смс:
«Ах ты, моя маленькая извращенка! Я скорее умру от поцелуя Романа Николаевича, чем успокоюсь…»
Тихохонько хихикнула.
Уже собралась печатать ответ, как телефон в руках снова завибрировал. Только вот входящее сообщение было от другого отправителя:
«Малявка, готовься! С меня должок за опухший язык… отплачу той же монетой.»
Ёлы-палы! Добром это не закончится…
Моментально позабыв о Денисе, переключилась на «раздутого» распутника:
«Причём здесь я?! Может это твоя Карина зубом натёрла?»
— Фууу. — прозвучало около уха.
Повернув голову, застала Соньку с кривой физиономией.
— Твой брат извращенец!!! — произнесла она с упрёком и изобразила рвотный позыв.
— Отсутствие родительского воспитания. — сообразила я, оглядываясь на препода.
Но Покровская меня уже не слушала. Навалившись всей грудью на парту, она не страшась быть застигнутой, перечисляла Матвеевой номера заданий, с целью списать и получить хорошую оценку.
Я же, прибывая мыслями с двумя парнями, наобум понаставила ответы и совершенно не парилась по этому поводу.
Получив, как оказалось, желанный ответ, разгорячённо возмутилась на весь кабинет и тут же осознала свою ошибку. В нашу с Сонькой сторону устремилось множество любопытных глаз, и я мгновенно прикусила язык.
Вот гад, чернявый!