— Я рада, что это произошло. Рада… потому что чуть не отдалась ему вчера…
— Чуть? — переспросила Сонька.
— Да. Сработал какой-то стоп-сигнал, и я свела всё на «нет». — поделилась своими мыслями я.
— Лиз… — хрипло проговорила Сонька, обнимая меня и кладя подбородок мне на плечо.
Манька повторила жест, и я даже в расплывчатом сознании почувствовала насколько прочная у меня «броня».
Не знаю, сколько мы просидели в таком положении. Молча. Неразрывно переплетя наши мысли. Не слушая громкого эха музыки в ушах, а слившись в один поток энергии и скрепляя нашу дружбу ещё одним важным воспоминанием. Но первая подала голос Матвеева:
— Будем бить морду, рвать волосы и обливать липким шампанским?
— Нет. — грустно улыбнулась я. — Пусть живёт.
Ком в горле и в груди разрослись настолько, что начали давить изнутри. Хотелось плакать. Но не хотелось портить девчонкам вечер и забивать их головы своими проблемами. Достаточно того, что следующий тост будет в мою честь. И чтобы отключить ноющую боль в сердце и дурацкий голос, шепчущий: «Ещё минус один человек в твоей жизни…», я с превеликим удовольствием надела на себя выдуманную корону и приняла на грудь напиток покрепче.
Правда, одно дело давать себе мысленную команду молчать на более-менее трезвую голову, а другое, когда язык работает против тебя и как помело несёт всё то, что ты тщательно скрывала и заталкивала поглубже.
— И в итоге, меня все используют… — как подобает, завершила я свой пьяный рассказ печальной фразой.
— А Петюня-то? Петюня что? — заплетающимся языком спросила Сонька.
— Петюня… А Петюня мой горячий будущий брат, которого я хочу и который хочет меня, но этого не хочет Карина… — постаралась объяснить я, стараясь сфокусировать взгляд на подруге. Или на двух подругах. Я не очень поняла кто из четырёх задал вопрос.
— Как сложно… — мудро заметила Манька, вновь подзывая бармена.
— Девушки, может вам уже хватит? — уточнил он.
— НЕТ! — пьяно стукнула по барной стойке Покровская. — НАЛИВАЙ!
Парень покачал головой и принялся сооружать очередной алкогольный шедевр.
Пододвигая к нам три стопки, он невзначай спросил:
— Вас есть кому забрать или сами будете до дома добираться?
— А тебе зачем? — пьяно хихикнула Сонька.
— Просто так. — пожал плечами парень.
— Мы сами до дома поползём… — честно ответила Манька, улыбаясь как полоумная. — Будем держаться за руки, чтобы не потеряться.
Бармен даже бровью не повёл, в то время как мы втроём хрюкали до слёз.
Пока его отвлекли другие отдыхающие в этом заведении, чтобы заказать себе расслабляющие напитки, мы с девчонками успели «опрокинуть» свои.
— Может всё-таки разрешишь мне ему врезать? — воинственно спросила Сонька, стреляя глазами в спину Дениса, который переместился со своей пассией на диванчики в углу и вовсю лапал её за грудь, успевая ещё и шею облизывать.
— Нет. — пробубнила я, борясь с накатывающими слезами.
— Лиз, не держи в себе… — понимающе сказала Манька, поглаживая меня по спине.
Спасибо за разрешение. Просили? Получите.
— Я ему не нужна… — судорожно всхлипывая, провыла я.
— Да наплюй ты на него, подруга! — поддержала Покровская, сдерживая икоту. — Мы тебе лучше найдём!
— Как мне на него наплевать? Мне с ним видеться придётся… постоянно. — вновь взвыла я, шмыгая носом и вытирая потёкшую тушь с щеки.
— Да не придётся…
— Я ж его, когда вижу, у меня внутри лампочка загорается, понимаете? — в ход пошли одноразовые салфетки, отыскавшиеся в клатче Маньки.
— Так ты ж вроде сказала, что тебе всё равно… — поддато прохрипела Сонька.
— Да не всё равно… Я не выдержу, если увижу его с ней… — зарыдала в голос я.
— Ну и не смотри на них! — бойко выразилась Сонька.
— Легко сказать, Сонь… Он говорил, что я ему нравлюсь. Целовал даже… и это после того, как я ему в челюсть дала…
— Когда это ты ему в… Так. Стоп. — выставила ладонь вперёд Манька. — Ты про кого вообще говоришь?
— Про Петюню. А вы про кого? — не поняла я.
Подруги переглянулись заплывшими от алкоголя глазами и хором ответили:
— Про Петюню.
Не выдержав их почти прямых взглядов, стала пуще прежнего разводить сырость на барной стойке под хмурым взглядом парня — бармена.
— Может послать всё в ж*пу и уехать в Австралию…? — сказала я вслух, уставившись в одну точку.
— Я те дам «в Австралию»!!! — взъерепенилась Сонька. — БАРМЕЕЕН! — заголосила она чуть ли на ухо парню. — Давай ещё по одной!