– Да уж, – поморщилась Айвен. Она опустилась на корточки, достала платок и, обмотав руку, аккуратно передвинула голову в другую сторону. Та поддалась с неохотой. – Животные-то не глупые. Ели только в тех местах, где ревенант не касался, чтобы избежать яда.
Едва она успела договорить, как вдалеке раздался крик Флёр. Приглушённый из-за расстояния, но всё ещё вполне различимый. Слившись с ругательствами, крик так же внезапно оборвался, как и возник.
Звук ещё не успел затихнуть, а они уже во весь опор бежали обратно – со стороны дома доносилась какая-то возня. Когда они выскочили на опушку, перед ними предстала картина: Флёр без верхней мантии сидела на земле (та, с разорванным подолом, валялась неподалёку), а Блез обрабатывал мазью её ногу. Рафаиль отсутствовал, как и Сильфа, а Коэн застыл на противоположном краю поляны.
– Представляете, эта тварь в колодце пряталась! Мы разговариваем, Рафаиль печати раскладывает, а ревенант – как выскочит! – пожаловалась возмущённо Флёр таким тоном, будто монстр посмел нанести ей смертельное оскорбление.
– Ужас, – посочувствовал Люций довольно притворно. Самое главное, что все были живы. – Куда тварь побежала?
Флёр подняла руку, указывая в сторону Коэна.
– Замечательно, – уже себе под нос пробормотал Люций, больше не теряя времени.
– Я зайду справа, – бросил Винсент, чуть отклоняясь в сторону.
Они слышали впереди шум – оглушительный треск ломаемых деревьев и тяжёлую поступь. Когда Люций увидел Рафаиля, тот был измотан, со скользящей раной на плече – не зря против ревенантов сражаются всегда несколько воинов. Лишь некоторые даэвы способны справиться с ними в одиночку. То, что Люцию удалось убить одну из тварей в шестнадцать лет, было чистой случайностью. Ему повезло.
Ревенант двигался топорно и резко. Движения были лишены плавности, но переполнены мощью. Вытянутое тело с почерневшей кожей, обтягивающей кости. Одежды почти не осталось, оттого грудная клетка с деформированными рёбрами и позвоночником сразу бросалась в глаза. Конечности тоже были длинные и тонкие, и даже не верилось, что в них таилась такая сила.
Тварь прыгнула, почти мгновенно оказавшись рядом, подставляя одну руку под меч, а второй атакуя длинными когтями.
Моран отпрыгнул, ощущая, как на висках тут же выступил пот. Ревенанты по силе бывали разными. Кто-то верил, что мощь при жизни влияла на силу после смерти. Но, по мнению Люция, в этом не было логики, а вот теория о внутренней злобе и силе кошмаров, испытанных в период перерождения, выглядела куда правдоподобнее.
И, похоже, старик перед обращением в тварь был или очень зол, или носил за душой немало грехов. Ведь ревенант из него получился ужасно сильным.
С трудом уворачиваясь от атак, Люций крикнул:
– Убиваем! Мы не можем рисковать, пытаясь взять его живым.
Но сказать было легче, чем сделать. Когда атакующих стало больше, тварь проявила недюжинную смекалку и попыталась вновь скрыться в лесу.
После смерти, за счёт вытянувшегося тела, тварь прибавила в росте, возвышаясь над даэвами едва ли не на полметра. Смрад гнили, исходивший от ревенанта, смешался с ароматами леса, рождая неповторимое сочетание. Рафаиль стоял бледный. Казалось, его вот-вот вырвет.
Несколько теневых птиц сорвались с рук Люция, подхватывая огненные печати, и полетели к твари. Та вдруг подпрыгнула. Одним мощным движением она оказалась на середине древесного ствола, вцепилась в него когтями и стала гораздо менее приметной в листве.
– Проклятие, проклятие, проклятие, – бормотал подоспевший Коэн, осматривая кроны с выставленным перед собой мечом.
Запоздало из-за деревьев появилась Айвен – она тащила за собой сплетённую из металла сеть, брошенную Рафаилем у дома.
– Где он? – спросила Ларак.
– На дереве, – ответил Рафаиль, указывая пальцем. Судя по трясущейся листве, тварь своего места ещё не сменила.
Лицо Айвен посуровело, между бровями появилась напряжённая морщинка. Она достала из кармана печати и уложила их прямо на землю, активируя одну за другой. Знаки засияли, создавая укрытие – относительно безопасный участок, где можно было передохнуть. Коэн сразу же шмыгнул поближе к нему.
Крона соседнего дерева тяжело затряслась – ревенант перепрыгнул.
– Нам повезло, – пробормотал Люций. – Нам достался ревенант, ведущий себя как белка-летяга. Лучше не рисковать, пытаясь поймать его живьём.
Они готовились к долгому бою. Монстр оказался с зачатками разума, иначе бы он не отступал и не искал лучшего способа атаки.
– Похоже, зря сеть тащила, – посетовала Айвен. – Тогда надо придумать, как эту тварь убить. Пока она наверху, мы в невыгодном положении.