– В какой момент ты догадался? – спросила я, сразу понимая причину того тяжёлого взгляда, преследовавшего меня долгое время.
– Сразу. Я почувствовал, как твоя душа унеслась вниз, – надломленно прошептал он.
Люций Моран, который будто безмолвно молил о снисхождении к нему, чтобы его не мучили, рискуя собой, так и не произнёс этого вслух. Лишь не отпускал и вёл себя так, будто я могу исчезнуть в любой момент. Теперь же он улыбался, отвечал на вопросы, и ничто не выдавало в нём того Люция, который был со мной наедине ночью.
Айвен ехала рядом, закутанная в толстый плащ. Её обычно оживлённое лицо было серьёзным, а взгляд то и дело возвращался ко мне. Будто она что-то хотела сказать, но не решалась. После покушения на её жизнь подруга вела себя тихо. Айвен уже не выглядела так потерянно, но порой до сих пор выпадала из реальности, погрузившись в свои мысли.
– Может, заедем в Красный лес? – внезапно предложил Самаэль, поравняв свою лошадь с лошадью Айвен.
– Зачем? – лишь спросила Ларак.
– Хотел бы кое-что забрать, – отозвался красноволосый.
Айвен уставилась на него вопросительно.
– Хочу вернуть свой меч, – неохотно признался Самаэль.
Когда мой и Айвен взгляды устремились к уже висевшему у него на поясе мечу, он с неохотой добавил:
– У меня есть второе оружие.
– Почему же тот меч в Красном лесу? – вмешался Люций. Голос Морана звучал спокойно, и его будто вовсе не удивил внезапный факт о втором клинке. Хотя какие тут могут быть удивления, когда имеешь дело с богом?
– Я когда-то его оставил там. Много лет назад. Он в самом сердце леса. – Самаэль цокнул языком и негромко продолжил: – Дело в том, что меч воткнут в особом месте, где искажает силу леса и перенаправляет его магию – заставляет притягивать тварей в свои пределы и не выпускать их. После даэвам остаётся лишь убить порождений, а не бегать по материку в их поисках. Кажется, у вас появился целый орден, который занимается данной работёнкой.
– Орден Красного Леса, – проговорила я, слегка ошарашенная новостью. Давно было известно, что в Красном лесу опасно, но я никогда не рассчитывала услышать разгадку этого явления.
– Но сейчас надобность в мече отпала – порождений стало слишком много. Красный лес не вместит их всех. А тот клинок очень бы мне пригодился. С двумя мечами я сражаюсь лучше.
– Подумаем, как это устроить, – спустя некоторое время отозвался Люций. – Может быть, и сделаем крюк. Возможно, чем хаотичнее будет наш путь, тем лучше.
Самаэль понимающе оскалился. Вопреки ожиданиям Айвен, он совсем не взял с собой вина, но периодически его рука тянулась к седельной сумке, а потом останавливалась на полпути, и на лице Самаэля появлялось глубокое разочарование.
Спустя некоторое время дорога вильнула, и перед нами предстала неожиданная картина: огромный камень и четверо спешившихся путников. Трое даэвов с повязками на глазах стояли особняком, а Алель лениво расселась на огромном булыжнике. Её светло-жемчужные волосы были собраны в тугой хвост на затылке. Плащ светло-молочного оттенка скрывал фигуру.
– Долго вы, я заждалась, – укорила Алель, когда наш отряд приблизился.
– Мы не договаривались о встрече, – заметил Люций.
– Но ты ведь знал, что я вас жду. – Оскалившись, она добавила, махнув рукой: – Привет, Фар, давно не виделись.
– Не видел бы ещё лет сто, – отозвался Самаэль, чьё лицо мгновенно накрыла тень. Он исподлобья взирал на светлую дэву.
Алель многозначительно усмехнулась.
– Это вряд ли. Хотя то, что ты не сбегаешь от меня со всех ног, уже достижение… – Алель перевела взгляд на Люция: – Куда путь держите?
– Закрыть Второй Раскол в Серый мир, – ответил Моран тоном, будто мы вышли на праздную прогулку. – И по пути убить одну тварь.
– Увлекательно! Не против, если я с вами? – следом она показала пальцем на троих даэвов рядом, стоящих как статуи. Их головы были повёрнуты в сторону Самаэля. Они будто сверлили его взглядом, но вкупе с повязками на глазах картина смотрелась слегка сюрреалистично. – И они тоже.
Уголок губ Люция дёрнулся вверх. Будто его забавлял тот факт, что отряд значительно расширился.
– У меня есть причины для отказа? – усмехнулся Моран.
– Не думаю, – многозначительным тоном отозвалась Алель, будто приняла правило игры, ведомое лишь им двоим: – Ведь мы можем оказаться полезны.
Повисла краткая тишина. Остальная часть нашего отряда с интересом рассматривала путников. Сезар – сдержанно и без эмоций. Винсент – с привычной ему доброжелательностью. Дион Ракхам – изучающе, склонив голову набок, с едва виднеющейся улыбкой. Рафаиль – с терпеливым ожиданием решения главы ордена. Розали Ликорис отстала и только появилась из-за поворота.