Ещё до того, как я, застыв на пороге, сказала хоть слово, Люций поднял голову и произнёс:
– Если ты надеялась застать меня обнажённым, то, Сара, я тебя огорчу. Уже успел одеться. – Моран стоял около ночного столика в тонкой чёрной тунике, наливая стакан воды. Улыбнувшись собственным мыслям, Люций добавил: – Но если это сильно расстраивает, то я могу снова всё снять.
Пока закрывала за собой дверь, я молчала слишком долго, и могло показаться, будто я всерьёз задумалась над его предложением.
– Ничего страшного, если бы я увидела тебя без туники.
От моих слов брови Люция подпрыгнули:
– Неужели? Ах… да… Ты, наверное, полагаешь, что я сплю в штанах?
– А разве нет? – резко остановилась я, удивившись.
Я никогда не задумывалась над этим всерьёз. Судила по себе, меняя обычную тунику на ночную из более тонкой ткани.
Люций заливисто рассмеялся, опираясь рукой на столик.
– И смешно, и горько. Сара, ты совсем обо мне не думаешь.
– Я думаю! – инстинктивно возразила я.
– Правда? – поднял он голову, а потом всего через несколько широких размашистых шагов оказался рядом, захватывая моё лицо своими руками так, что я могла смотреть только на него.
К подобному я оказалась не готова. Мои мысли были сосредоточены на другом, и вот неожиданно все они исчезли. Я поняла, что тепло его тела, находящегося столь близко, и приподнятые уголки губ начинают занимать всё моё естество.
– Ты… Зачем… – Я бессильно прикрыла глаза, не находя слов. – Эти чувства меня смущают, Люций. – Стиснув зубы, отвела взгляд к стене.
Мне пришлось потратить неимоверно много сил, чтобы игнорировать его лицо, а самое главное – запах. Запрещённый приём с его стороны. И почему только это стало иметь надо мной такую власть? Я ведь помнила, как совсем недавно мне было почти всё равно.
– Какие именно чувства, Сара?
Моё дыхание тяжело вырывалось из груди. Он желал правды? От охватившей досады или вовсе злости я выпалила то, что не говорила в мыслях даже самой себе:
– Не столько нежность, сколько желание. И мне кажется это неправильным.
Люций резко выдохнул, что привлекло моё внимание. Я, нечисть его побери, увидела, как он прикусил нижнюю губу, смотря на меня с непонятным мне восхищением в глазах.
– Неправильным? По-моему, это самое правильное, что может быть в жизни, – прошептал Моран, склоняясь к моему уху и невесомо целуя кожу под мочкой, отчего я напряглась ещё сильнее, а в голове воцарился шум. – Я так долго ждал, Сара. Но сделаю это вновь… – Отстраняясь, он с невыносимой и вызывающей улыбкой продолжил: – Подожду, когда ты сорвёшься.
Кровь ещё долго билась в висках. Я неимоверно злилась. И на Люция, и на себя. Думая, что его подтрунивания больше не способны меня задеть, я ужасно заблуждалась. Сглотнув, я опустила взгляд на собственные раскрытые ладони и линии на их внутренней стороне.
Люций мне нравился. Иначе зачем я поцеловала его в последнем воспоминании? Но сбивали с толку чувства нынешней меня: вместо привязанности изнутри будто вырвалось на свободу нечто дикое, огненное и жестокое. Ведь почему ещё несколько секунд назад я хотела обнять его так сильно, чтобы ему едва удавалось дышать, поцеловать и заткнуть, больше не позволив сказать ни слова, возобладать, подчинить себе?
Это точно была я? Сама себе я напоминала дива, охваченного сильнейшей жаждой и наконец-то нашедшего источник пресной воды.
Понимает ли Моран, какие желания меня охватывают?
Всё усложнял тот факт, что я ничего не помнила, кроме невинного поцелуя в проклятом сне, а желания охватывали меня глубокие и одержимые.
Люций, будто не замечая меня, стоявшую столбом, занимался своими делами: покопался в бумагах на столе, раздвинул шторы, сходил в соседнюю комнату и, тихо насвистывая, вернулся уже в мантии.
К его возвращению я наконец-то смогла нормально дышать.
– У тебя было ко мне дело, Сара?
– Хотела поговорить, – выдавила я, продолжая пристально следить за каждым движением Морана и игнорируя беспокойное сердце в собственной груди. Но получалось это не так успешно.
– Всё же тебе очень идёт чёрная мантия, – невзначай заметил Люций. – Но белая тоже. Было бы глупо это отрицать. – Он лучезарно улыбнулся и нагло продолжил: – Похоже, тебе идёт всё, Сара.
Я же отвлеклась на его постель, которая оказалась до мельчайших подробностей точной копией моей кровати – размер, цвет древесины, резьба на столбиках и даже оттенок и материал постельного белья. В первый визит меня тоже озадачил этот факт, и вот снова взгляд будто об него споткнулся.