Но чувство долга являлось далеко не главной причиной.
Что, если та чёрная змея ни при чём? Что, если мне «помогли» потерять сознание?
В последнем случае мог быть замешан какой-то артефакт. Если существовала хоть малая доля вероятности, что провал в памяти случился благодаря чьей-то помощи, то наверняка за мной каким-то образом наблюдают. Возможно, издалека.
Мой взгляд скользнул по окнам ближайших домов.
В городе, наполненном людьми с их громкими эмоциями, подобный вариант был вполне допустим. И если это так, я никакими своими действиями не должна была выдать ни знания о совместных печатях, ни интереса к ордену Хранителей.
От напряжённых дум голова вновь разболелась. В последний раз тяжело глянув на ручку с виноградным листом и вывеску на фасаде, я развернулась и побрела от конторы прочь.
В этот раз обратный путь до лагеря я проделала без приключений. У последнего поворота дороги я остановилась, неожиданно обнаружив на своём указательном пальце странный маленький красный след с едва заметным следом крови. Растерянно я согнула большой палец. Ноготь прикоснулся к слабой, уже почти зажившей полосе, по краю точно повторяя её форму.
Выходило, что я сама вдавила ноготь большого пальца в указательный. Но, опять же, я не помнила, как делала это.
Всё сильнее одолевало мрачное предчувствие, ведь странностей становилось все больше и больше…
Когда я приблизилась к воротам лагеря, то увидела снующую туда-сюда Айвен. Дэва не сразу заметила меня, и, судя по следам на земле, она прождала у входа уже долгое время.
– Сара! – встрепенувшись, воскликнула дэва. – Наконец-то! Ты сказала, что вернёшься утром, и я переживала, что что-то случилось. – В несколько широких шагов Айвен оказалась рядом со мной, с тревогой сообщив: – Я получила письмо от Фредерика. Он будет проездом и планирует остановиться на ночь в лагере. Написал, что прибудет во второй половине дня.
– Больше он ничего не написал? Куда направляется и с какой целью? – Мы обе спешно прошли через ворота и направились к домам.
– Нет, – отрицательно мотнула головой Айвен. – Послание было коротким.
– Ясно. И… Спасибо, что беспокоилась за меня.
Мы поднялись по ступенькам. Эта часть лагеря была пуста, может, потому что близилось время ужина и даэвы собрались около столовой.
– Что ещё мне оставалось? – риторически спросила Ларак, слабо улыбнувшись.
В комнате я, спешно оставив сумку на постели, скинув мантию и развязав ворот туники, подошла к тазу с чистой водой и обтёрла лицо и руки, уничтожая следы дороги. По возможности я желала избежать любых вопросов о своей отлучке, которые вынудят меня лгать брату.
Смотря на себя в зеркало, я видела острое беспокойство в глубине глаз, хотя внутри ощущала ледяное бесстрастие перед встречей с Фредериком. Но в голове невольно всплыли слова Люция: «Как и твой брат».
«Полнейшая чушь», – подумала, хмурясь и вспоминая лицо его в тот момент, утверждавшего, что Фредерик влюблён в меня. В любой другой ситуации я решила бы, что Моран издевается, но только не в этом случае. Слишком уж серьёзным он выглядел.
В горле встал ком.
– На самом деле в дороге кое-что случилось, – призналась я Айвен, решив выкинуть сумасбродные мысли из головы. – Я пошла проверить Проклятую землю.
– Ты что-то нашла?
– Нет. Наверное, нет, – поправила сама себя, обтирая шею. Прохладная вода расслабляла и помогала собраться с мыслями. – Дело в том, что я потеряла сознание в лесу. Вот я иду среди деревьев, а через секунду нахожусь в центре Туриса у травницы.
– В каком смысле? Я не понимаю, – обеспокоенно переспросила Айвен.
– Я сама не понимаю, – повернулась к ней, оставляя на шее прохладное полотенце. – Но мне сказали, что меня нашли без сознания. Но я совершенно не помню, как это случилось. Даже момент потери сознания не помню… Это так странно. Если бы не прошло время, то я подумала бы, что меня перенесло с одного места в другое…
– У висков не покалывало? Знаешь, такое странное ощущение… как зуд, – неожиданно спросила Айвен.
Я вспомнила своё пробуждение.
– Может быть, и было что-то такое…
Айвен нервно крутила пальцы. Её реакция показалась мне подозрительной, но прежде чем я успела задать новые вопросы, снаружи послышалась возня. Всё было похоже на то, что в лагерь прибыли гости. Переглянувшись с Ларак, я спешно закончила приводить себя в порядок, накинув на плечи чистую мантию.
Через некоторое время я уже сидела с братом в беседке (в той самой, где в первую ночь пила чай с Натаном). На лице Фредерика царила блуждающая улыбка, а пряди волос особенно сильно отдавали золотом на фоне неба, сочившегося багрянцем и пурпуром.