Сильфа передала мне под уздцы свободную лошадь. Винсент же возвращался после того, как открыл запертые на ночь ворота лагеря.
– Винсент, мы не задали вопрос костям, – напомнила я ему. Надо было это сделать, пока позволяла обстановка. Чтобы знать, чего ожидать.
Светлый даэв с готовностью достал кости.
– Только пусть достанет кто-то другой. Они отнимают много сил, а я уже доставала единожды, – сказала я, помня о том, что может понадобиться использовать совместные печати.
– Давайте я, – бросила Сильфа, подскакивая к светлому даэву. – Задавай, – и запустила руку в мешочек с костями.
– Натан находится на бывшей Проклятой земле или в поместье у господина Бенисио? – спросил Винсент, добавляя, оглядываясь на нас: – Извините, решил немного скорректировать вопрос.
– Ах, нечисть! Жжётся как! – Сильфа зачастила, запрыгав с одной ноги на другую, а потом выдернула руку из мешочка. Косточка подлетела и упала на землю. Зефирос стала дуть на свою ладонь. – Больно-то как! – на её коже остался красный след.
Винсент наклонился и аккуратно поднял косточку, рассматривая её.
– Как ты поймёшь, какой ответ нам дали? – недоумённо спросила Айвен. В этот момент к ней подскочила Сильфа, показывая на свою руку.
– Ты только посмотри! Посмотри, как я обожглась! Это очень больно!
– По зарубкам на рёбрах. Мы специально делаем их в ордене на такой случай, – ответил Винсент, пока Зефирос настойчиво требовала у Айвен подуть на обожжённую ладонь.
Оторвав взгляд от кости и облизав пересохшие губы, Винсент, обводя нас всех взглядом, вымолвил:
– В поместье.
– Тогда поехали скорее, – тихо произнесла я, решительно запрыгивая в седло и ощущая, как холод растекается в груди. Откровенно говоря, сколько бы я ни убеждала себя, мне трудно было отойти в сторону и оставить всё на Люция. Теперь появился повод вмешаться. Я знала, что не должна была испытывать облегчение, ведь Натан пропал. Но не могла ничего с собой поделать. Когда мы миновали ворота, в голове внезапно ярко вспомнились слова Фредерика: «Постарайся пока не покидать пределы лагеря».
Закат заалел, а в ушах раздавался гулкий стук копыт. Пальцы напряжённо сжимали поводья. Зрение сузилось до одной-единственной дороги, которая лентой уходила вдаль, а зелень деревьев размытыми пятнами мелькала на периферии. Именно поэтому, когда перед нами выскочил кто-то в тёмной одежде, я вовсе не была уверена, что смогу вовремя остановить лошадь, потянув поводья на себя.
Сильфа ругнулась, сворачивая вбок. Её конь громко заржал, ломая своими копытами и телом кусты.
Айвен и Винсент смогли проехать, держась противоположного края дороги, а перед моей лошадью, беспокойно перебиравшей копытами, стояла Разия Моран. Она вспотела, её грудная клетка тяжело вздымалась, светлые волосы были взлохмачены.
– Ты чего, с жизнью решила расстаться?! – гневно кричала Сильфа, пытаясь вывести лошадь из кустов. Из-за пережитого шока она ругалась за нас четверых.
– Что случилось? – спросила я, ощутив эмоции младшей Моран и запоздало понимая, что не видела её на ужине.
Разия едва не задыхалась. Похоже, она бежала на пределе своих возможностей.
– На бывшей Проклятой земле ведут раскопки! Они добрались до верхних сводов пещеры, но не могут проникнуть внутрь. Ключа нет, – воздуха не хватило, и она шумно сделала новый вдох. – А все, кто коснётся стен, умрут! Там какие-то печати.
– Как ты… – прошептала я, уже сама начиная гневаться. – Это же опасно!
– Я туда не ходила! Я смотрела на расстоянии! – выпалила Разия и, вновь переводя дыхание, наклонилась, упершись ладонями в собственные колени. – Может, по мне и не скажешь… я очень талантливый мортем. Я могу далеко видеть.
Длинные белые волосы свисали к земле. Я и раньше знала, что в них скрыта сила. Но теперь я больше понимала весь идиотизм того, что Люций когда-то посмел отстричь свои.
– В те земли пойдёт Агата с отрядом, – проговорил Винсент.
Сильфа тем временем наконец-то вывела своего коня обратно на дорогу.
– Почему ты вообще туда пошла? – воззрилась я на Разию.
Дэва пристыженно опустила взгляд к земле.
– Я не туда шла, а на фестиваль. Хотела проследить за ним.
Я тяжело выдохнула, будто весь небосвод оказался на моих плечах. Сильфа громко усмехнулась. Вопреки недавнему гневу, теперь она откровенно веселилась.
– Ну что, Сорель? Будто сама правил не нарушала и не сбегала. Забыла, как Лоуза по голове мечом тюкнула?
– Это было вынужденно! – огрызнулась я, сама поражаясь, как так легко разозлилась.