– Возраст – не значит мудрость. Некоторые костенеют и, наоборот, становятся узколобыми. Поэтому не стоит этого слишком опасаться.
Отчасти я была с ним согласна.
– Само существование Алель говорит, что ни одна из версий об открытии Первого Раскола не близка к правде. И чему нас только учили…
– Хороший вопрос, – усмехнулся Люций. – Но в защиту нашей Академии скажу, что ни мой отец, ни моя мать о подобном не слышали. Будь им известно хоть что-то, они поделились бы со мной и сестрой.
Он так легко говорил о своих сестре и родителях, которых не было в живых. И прежде чем я стала крутить мысль о них в своей голове, у меня появилась возможность перевести внимание. Даже сквозь стены я узнала, кому принадлежал сгусток энергии, уже пару минут смиренно ожидавший у лестницы.
– Рафаиль ждёт тебя, – сказала я, отрывая взгляд от стены.
– Полезное свойство твоего дара.
– Только одно из. Но слухи обо мне в обители уже разошлись. Некоторые из твоих приближённых, будучи в курсе моей личности, боятся ко мне даже приближаться, чтобы случайно не коснуться. Оно и к лучшему. Мы убедились, что мне не всегда удаётся удержать себя в своём теле.
– Я бы с радостью предложил тебе себя.
– Почему в твоих устах это звучит двусмысленно?
– Кто знает? – задумчиво, с усмешкой отозвался Люций. – В ближайшие дни состоится совместный ужин. В обители много гостей. Думаю, будет полезно познакомиться поближе.
Подумав, я кивнула и, не медля больше ни секунды, направилась к двери из его спальни, чтобы больше не подвергаться никаким провокациям со стороны Морана. И это отчасти сработало. Весь короткий путь, который мы вместе проделали до конца коридора, Люций таинственно молчал, продолжая усмехаться неведомым мне мыслям.
Поздоровавшись с Рафаилем, я сразу же ненадолго ретировалась в свою комнату. В обители лишь единицы знали о том, кто я. Для всех остальных даэвов я была одной из гостей, которые прибыли вместе с главой. После пребывания в обители Сорель и путешествия по землям Дэвлата мне смертельно надоело то, как окружающие реагировали на меня, как начали иначе ко мне относиться, будто я вовсе не даэвом была, а чудом.
Но фактически я оставалась ещё совсем неопытной, только завершившей Академию Снов. И в таких ситуациях восхищение рано или поздно сменяется разочарованием. Люди и даэвы – пленники своих ожиданий.
Эфес Туманного был спрятан под перевязь, а половина лица скрывалась под почти непрозрачной чёрной тканью. Для маскировки этого оказалось достаточно. Моя основная задача состояла в закрытии Раскола, и именно этим я собиралась заняться.
Мы тренировались с Сезаром на уединённой площадке в лесу, используя затупленные мечи. Никто не хотел повторения той первой схватки во время путешествия в Северный орден. В сражении я лучше ощущала свою светлую и теневую стороны, что помогало контролировать сплетение столь противоположной магии внутри меня.
Но несмотря на силу, мне всё равно надо было подтянуть технику. Сегодня же, в противовес всем попыткам сосредоточиться, я часто замирала, прислушиваясь к окружающим звукам, поглядывая в сторону главных ворот. А в следующую секунду уже уворачивалась от удара меча и убегала, разрывая расстояние с противником.
Сезар постоянно шёл на сближение, атаковал прямо в лоб, будто имитируя движения ревенанта. Не успевая парировать, я отскакивала на несколько метров назад, а после одним прыжком устремлялась навстречу. Мы провели так почти весь день. Когда после очередного такого боя, откашливаясь от поднявшегося облака пыли, мы сели отдохнуть и попить воды, Сезар неожиданно спросил:
– Когда ты меняешь тела, на что это похоже?
Я едва не подавилась. Перед глазами сразу встала картина того, как я захватила его тело.
– Будто стою на спине хромой лошади.
– Ты когда-нибудь стояла на спине хромой лошади? – чуть склонив голову, посмотрел на меня Сезар. – Это во всех смыслах неожиданное открытие.
– Не стояла. Но уверена, это даже легче, – шутливое настроение передалось и мне. И было так странно – просто улыбаться забавным замечаниям и, главное, позволять им себя веселить. Раньше любые шутки были похожи на околесицу из чужих уст.
«Почти любые…» – мысленно поправила я себя.
– Понимаешь, всё случается резко. У меня сменяется угол обзора и тяжесть тела. В первые минуты, если новые размеры разнятся с моими слишком сильно, я будто чувствую все эти добавившиеся мышцы на костях, – продолжила я, активно жестикулируя и пытаясь как-то изобразить то, о чём говорила. – После недавнего перемещения в Региса я осознала, что память тела тоже сохраняется. Это касается не только его врачевательных навыков, но и других привычек. В теле Региса меня постоянно тянуло закурить трубку с целебными травами.