Я невольно вскрикнула, останавливаясь и хватаясь за ушибленное место. Не знаю, почему, но то же самое сделал Сатус. Вместо того, чтобы добить, он просто замер столбом, глядя на меня стеклянными глазами.
Я потерла внешнюю часть бедра, негромко вслух размышляя о том, что теперь точно буду недели две ходить вся в синяках и вновь приняла позу, сообщающую о готовности к бою.
Сатус продолжил стоять, глядя на меня так, словно впервые увидел. Я подавила желание вновь, уже третий раз ему представиться, кто знает, вдруг у него какие приступы случаются, а потом решила воспользоваться ситуацией. И нанесла размашистый удар.
Эффектный, но минимальный по силе воздействия. Да и его демон легко отбил, в последний момент словно очнувшись от наваждения. Ложный выпад в мою сторону, шаг назад и новый удар, опять по бедру, но уже с другой стороны. На этот раз мне удалось подавить стон и не показывать так явно, что мне больно. Я не хотела, чтобы он знал, что мне плохо.
Если отвлечься от боли и от неприятного общества Сатуса, все это действо с саблями напоминало какой-то древний дикарский ритуал. Шаг вперед, удар, шаг назад. Движение в сторону, опять шаг вперед, удар, два шага назад и два встречных удара.
Сердце болезненно сжалось, когда клинок его меча пролетел в нескольких миллиметрах от моей шеи, едва полоснув по коже. Воротник оказался все-таки не бесполезной вещью и смог защитить.
- Ох! – выдохнула я, хватаясь за место, которое было чуть повыше ключицы. Пальцами нащупала края рассеченной ткани и что-то влажное. Убрав ладонь, посмотрела на неё и увидела несколько кровавых пятнышек.
- Дай посмотрю, - невозмутимо опуская меч и делая шаг ко мне, потребовал Сатус.
Я отпрянула от него, как от огня.
- Не надо, - и говоря так, приложила все усилия, чтобы голос не дрожал. – Всего лишь царапина.
- Покажи, - тихо потребовал демон и, в один шаг преодолев расстояние между нами, одной рукой схватил меня за запястье, а другой вцепился в воротник форменного костюма.
Я запаниковала и попыталась освободиться от его хватки, но демон лишь сжал крепче. А взгляд… взгляд был таким, что вымелись все слова и все мысли из головы. Он был гипнотизирующим, захватывающим разум, подавляющим волю.
- Отпусти, - сумела проговорить я, несмотря на то, что дышать было так тяжело, словно весь окружающий мир опустился мне на плечи.
- А если не отпущу, тогда что? – пугающе тихо спросил Сатус. Глаза его в этот момент блеснули каким-то магическим отсветом, и я почувствовала, как земля уходит из-под ног.
- Что? Что это? Что происходит? – замямлила я, уже сама вцепляясь в запястье демона, пытаясь удержаться.
Но мир уже стремительно куда-то ускользал.
Или же это ускользали мы.
По лицу Сатуса было видно, что он тоже мало, что понимает, но в отличие от меня, он не был напуган этой странной рябью, которая задрожала вокруг, словно кто-то задернул шторку.
- Переход. Мы переходим, - ровным тоном проговорил демон, не отпуская меня, а наоборот, рывком прижимая к себе еще теснее и оглядываясь по сторонам.
- Куда? – едва слышно выдохнула я, сжавшаяся в комок не только от силы рук, которые меня сжимали, но и от все яростнее накатывающего ужаса.
- В межпространство, - промолвил Сатус и уставился в моё лицо. – Ты как это сделала?
- Что? – встрепенулась я и, наверное, отпрянула бы, не держи он меня так крепко. – Я ничего не делала!
- Ты ничего не делала, - ледяным тоном, но с нарастающей яростью начал Сатус. – Я ничего не делал. Но каким-то невообразимым образом мы оказались здесь!
И он указал рукой вокруг.
Рябь прекратилась. Мир больше не дрожал. Но и не был прежним. Теперь он выглядел словно…
Глава XXVII
- Пустыня! – заорала я и завертела головой. Везде, куда хватало взгляда нас окружали неестественно белые пески, по которым гулял сухой, иногда порывистый ветер, поднимающий взвесь белых песчинок и закручивающий их в спираль. Это подобие смерча вздымалось над землей на несколько метров, а после распадалось. И так несколько раз только за то время, что мы стояли посреди дюн, изумленно осматриваясь.
- Это не просто пустыня, - Сатус медленно опустил руки, и я с облегчением выдохнула, делая шаг в сторону. – Это Тимеиса, Древняя земля. Здесь когда-то была обитель Белого Братства.
Я обхватила себя руками за плечи и спросила, не надеясь уже узнать что-либо обнадеживающее:
- Что за братство? И почему было?
- Потому что его больше нет. Братство являлось закрытым обществом, участники которого посвящали себя сохранению, накоплению и передаче тайных знаний, - спокойно, а главное без высокомерия и пафоса, ответил Сатус. В этот момент он показался мне обычным студентом – очень умным, рассудительным и вдумчивым. – Ходили слухи, что мудрецам из Братства был известен секрет вечной жизни и тайна перерождения. Также они разработали для общения друг с другом собственный язык, который сейчас называют Мертвым языком, а обитало братство в Тимеисе. Это огромная пустыня, которая использовалась в качестве тайного убежища. Здесь они хранили все, что имели и редко покидали своё укрытие. Те, кто желал вступить в ряды мудрецов должны были пройти сложную многоступенчатую инициацию. И первым заданием было найти способ попасть в Тимеису. И, знаешь, что?
Вопрос прозвучал требовательно и с подтекстом. Сатус навис надо мной с какой-то безмолвной ненавистью во взгляде, кривящимися в насмешке губами и с напряженно сжатыми челюстями.
- Рискну предположить, что это риторический вопрос, - дернула я бровью в полном непонимании происходящего.
- Ни разу никому не удалось его выполнить. Потому что никто не мог попасть в эти земли без разрешения мудрецов.
- Интересное задание, - хмыкнула я. – По определению невозможное для выполнения.
- Смысл был не в выполнении задания, - Сатус сложил руки на груди и из-за этого движение его форма опасно натянулась, рискуя вот-вот пойти по швам. – А в проверке настойчивости рекрутов. Тот, кто истинно стремится к своей цели не остановится ни перед чем, и будет пытаться вновь и вновь, несмотря на все преграды.
Я не удержалась и громко расхохоталась.
- Веришь во весь этот бред про упорство? Про то, что не важно кто ты и кем родился, важно – какой выбор ты делаешь и как сильно стараешься?
- А ты нет? – спросил демон и что-то такое в его интонации заставило меня поверить, что ответ для него был действительно важен.
Я вдруг поняла, что здесь и сейчас, стоя на горячих песках, под странным небом, напоминающим живую ртуть, окруженная лишь чернеющим горизонтом, я не боюсь его. Впервые за все время с момента нашего знакомства я вижу в Сатусе личность, а не просто невнятную угрозу. И пусть эта личность не очень приятная и по-прежнему пугающая, но это уже не тот страх, что прежде. Он другой - более четкий, более осязаемый, более понятный. А когда ты начинаешь понимать, ты можешь и бороться.
- Иногда не важно насколько сильно ты стараешься. А важно то, что ты просто идешь неправильной дорогой, - проговорила я, стоя к нему лицом к лицу.
Между нами повисла тишина. И наступил какой-то странный, очень интимный момент единения, когда слова были не нужны. Всё было ясно по взгляду.
- А ты, - прошептал он, склоняясь ко мне, - идешь правильной дорогой?
- Я не знаю, - честно ответила я.
Прохладные длинные пальцы прикоснулись к моему подбородку, нежно прошлись вдоль линии шеи, осторожно прикоснулись к ране, а после так же бегло вернулись обратно…чтобы с силой захватить и сжать.
- Кто ты?
Я моргнула, захрипев.
- Нет… у тебя… точно… проблемы… с памятью, - с трудом проговорила я, потому что когда безжалостные пальцы давят на трахею внятно делиться размышлениями очень затруднительно.
Он несколько долгих минут разглядывал моё лицо, думая о чем-то своем. Я вырываться не пыталась, лишь дышала, часто и неглубоко, отвечая молчанием на молчание. А зачем? И так было очевидно, что захочет держать – будет держать. А силы стоило поберечь.
На пустыню стремительно опускалась ночь.
- После того, как братство погибло, Тимеиса была потеряна, - соизволил заговорить демон, выпуская меня из своей хватки. Я потерла затекшую шею, нелюбезно спросив: