Эрни вышел из строя и, сделав три уставных шага, замер напротив командующего.
– Девяносто два балла! Поздравляю! Вы показали замечательные результаты. За проявленное усердие в учёбе, успехи в манёврах и великолепные результаты в экзаменах вам вручается офицерский патент и право получить звание лейтенанта в течение оборота, считая с сегодняшнего дня.
Шеренги выпускников в серой парадной форме, такой же, как у всех военных в зале, замерли. Самое большее, на что каждый из них мог рассчитывать – это звание фенриха и пол-оборота времени до сдачи на офицерский патент. А чёртов мельник уже его получил. Хотя он лучший на курсе, даже переплюнул результаты своего папаши…
– Также, ввиду ваших блестящих результатов, курсантское прошение будет удовлетворено.
По шеренгам выпускников пронесся возглас зависти. Это была мечта любого курсанта – чтобы его прошение о выборе места службы было удовлетворено. Можно было попроситься даже в гвардейский полк Трибунала и жить в столице.
Оберст фон Пресслер взял поданный адъютантом конверт, торжественно вскрыл и, получив подтверждение в подлинности подписи, зачитал:
– Я, Эрнст Юнгер, курсант Грауландского Артиллерийского училища, обращаюсь с просьбой направить меня для прохождения службы в пятый горный полк Вайсланда «Снежные барсы».
Зал замер. Привыкшие к тому, что курсанты хотят веселой столичной жизни, старые вояки были не готовы к такому развитию событий. Но по традиции на выпускном балу были представители всех герцогств и дивизионов армии Галарма. Оберст посмотрел на своего старого друга и однокашника, а ныне оберста пограничных войск Вайсланда Мартена фон дер Меера. Тот, улыбаясь, кивнул.
– Поздравляю, теперь у «Снежных барсов» будет свой Единорог, – шутка фон Пресслера вызвала смешки среди нынешних офицеров.
Юнгер посмотрел на правое плечо командующего, где на черном щите скалился вышитый серебром единорог – символ их училища. Оберст отошёл в сторону, и взгляд Эрнста встретился со взглядом отца. В руках великий герцог Маттиас фон Рихтервольф держал алые погоны с белым кантом.
– Отвага и честь! – Эрнст щёлкнул каблуками и вскинул правую, сжатую в кулак руку к левой стороне груди.
Отдав положенное в таких случаях приветствие, он взял погоны, повернулся к строю и, перед тем как вернуться на место в шеренге, гаркнул во всю мощь своей глотки:
– Галарм на века!
Стоя плечом к плечу среди однокурсников, он не мог поверить, что его мечты сбываются, что через несколько дней он покинет стены училища и начнёт свою службу. Его не пугала неизвестность, наоборот – он стремился к ней, жаждал вырваться из рутины однообразия учебы, где все разговоры только о грудях зеленщиц на рынке, да о том, как бы списать баллистические таблицы, чтоб не попасться.
Погружённый в свои мысли, Эрни не заметил, как торжественная часть закончилась. Голос герра Шульца вернул его с небес на землю:
– Герр Юнгер, отдайте мне погоны, а то потеряете их ненароком.
– А? Что? А, герр Шульц, прошу прощения. Конечно.
Эрни нехотя отдал требуемое и, окинув зал взглядом, направился к столу с пуншем, у которого уже столпились его однокашники.
– Ха, Эрни. Ну, ты даёшь! – Дитмар хлопнул его по плечу. – Поздравляю, дружище. Офицерский патент с оборотом – это просто великолепно! Вот только – горные стрелки? Ты же мог проситься в Крайон, или здесь остаться.
– И что бы я здесь делал? Стрелял бы из пушки по воробьям, и пару раз в оборот давал бы салют? Нет, это не для меня.
– Дурак ты, Эрни! Тебя, наверное, контузило на последних манёврах. Охота тебе на отшибе лямку тащить? Тем более, там вечно какие-то стычки.
– Просто там никто не знает, что он – ублюдочный мельник! – Кристоф Рохау появился внезапно. Это была его раздражающая особенность: несмотря на свои размеры, он двигался словно тень. – Поздравляю, Юнгер.
Кристоф протянул ему руку. Эрни, не задумываясь, пожал её, о чём тут же пожалел.
– Что, магнезия закончилась, а, Мельник? – Кристоф осклабился. – Или лучше теперь тебя называть Потник?
– Да пошёл ты, Хряк! Твоё счастье, что мы пока равны, а дуэли для курсантов под запретом, – Эрнст сжал кулаки, а в его голосе появились стальные нотки.