— Вы должны официально согласиться, иначе бой будет аннулирован, — сказал он наконец.
Я снова посмотрела в глаза Саванны, приняв решение.
— Я принимаю.
По залу раздались одобрительные возгласы, и воздух наполнился предвкушением. Нам было приказано пожать друг другу руки перед боем, что мы и сделали. От прикосновения к ней меня затошнило, но я пообещала себе, что оно того стоило. Конечно, я еще не была каким-то великим бойцом, но это было личное. Это была месть. Я собираюсь отодрать эту цыпочку в жопу и буду наслаждаться каждой секундой этого.
Я нанесла первый удар, когда бой официально начался. Моя плоская ладонь ударила ее по щеке с такой силой, что у нее брызнула кровь. Это мог быть удар кулаком, но я решила этого не делать. Нет, первым выстрелом должна была стать хорошая, старомодная пощечина сучке.
Ярость зажглась в ее глазах, когда она восстановила равновесие. С ее губы стекала струйка крови, и она вытерла ее предплечьем. Она бросилась на меня, собираясь нанести ответный удар, но я увернулась. Моя голова дернулась назад, когда она развернулась, схватив меня за волосы. Мои лопатки ударились о землю, и Саванна попыталась забраться на меня сверху.
Вспомнив одну тренировку с Гаретом, я попыталась подражать тому, что он делал, вращая бедрами и используя ее собственный вес против нее. Мне удалось перевернуть ее, одновременно нанеся единственный удар в челюсть. Она оттолкнула меня от себя, и я отшатнулась назад. Не знаю, как ей это удалось, но каким-то образом она ударила меня ногой в живот, отбросив меня назад, заставив задохнуться.
Я, пошатываясь, поднялась на ноги, когда она снова бросилась на меня. Отразив еще один удар, я заломила ей руку за спину, пытаясь сломать кость, но инерции было недостаточно. Вместо этого я ткнула локтем ей в грудную клетку, заставив ее согнуться пополам и сплюнуть кровь на землю. Пока она сгорбилась, я изо всех сил ударила ее ногой в плечо.
— Ты гребаная пизда, — выплюнула она, повсюду разбрызгивая кровь. Ее светлые волосы уже промокли от пота, как и мои.
Я ухмыльнулась ей, чувствуя, как волчица внутри меня требует выйти и поиграть.
— Язык твоей пары был потрясающим в моей гребаной киске, так что, думаю, я должна поблагодарить тебя за это.
Рычание сорвалось с ее губ, и я заметила, что по ее коже пошла рябь. Она собиралась перекинуться. Круг вокруг нас начал расширяться, учитывая, насколько жестокой была последняя драка оборотней.
Ее телу потребовались секунды, чтобы измениться — затрещали кости, лопнула кожа и разорвались мышцы. Она превратилась в своего волка, опустив голову и расставив лапы в боевой стойке. Из ее пасти капала слюна, а глаза светились ярко-синим. Я уже собиралась перекинуться, когда из толпы до меня донеслись несколько знакомых ароматов. Внезапно Тэйн, Уор, Гарет, Сиренити и Август протиснулись вперед и встали напротив меня со смесью шока и ярости на лицах.
Шок, вероятно, был при виде меня, стоящей здесь, забрызганной кровью, улыбающейся оборотню, присевшему передо мной, а ярость, вероятно, исходила от Сиренити, Августа и Гарета, которые, без сомнения, сразу почуяли Саванну.
Взгляд Гарета был прикован к Саванне, и он нахмурил брови. Его руки были сжаты в кулаки, а плечи вздымались с каждым тяжелым вздохом, который он делал. Я заметила, что рука Уора была зажата на плече Гарета, вероятно, это было единственное, что удерживало его.
Но мне было интересно, к кому бы он побежал, ко мне или к паре, которая отвергла его. Мои глаза метнулись к Гарету, но прежде чем я смогла расшифровать их выражение, Саванна сделала выпад. Ее зубы щелкнули у моего лица, а когти попытались разорвать мою кожу. Мне удалось двигаться достаточно быстро только потому, что внезапно знакомый голос крикнул в моей голове, чтобы я пригнулась вправо.
Мое сердце подпрыгнуло, когда я это сделала, но я бросила панический, растерянный взгляд в сторону Тэйна. Почему его голос звучал в моей голове?! Неужели я схожу с ума?
— Тебе нужно перекинуться! — Произнес голос Тэйна, отдаваясь странным эхом, как будто его голос отражался от нескольких стен в пустой комнате. Я попыталась телепатически спросить его, как это происходит, но он добавил: — Я не слышу твоих мыслей, я просто проецирую свои. Я объясню позже, но ты должна делать в точности то, что я тебе говорю, поняла? — Его мысленный голос запаниковал и заторопился. Было ясно, что он искренне беспокоился за меня. — Беатрикс, перекинься, сейчас же!
Я так и сделала. Мгновенно я вывела свою волчицу наружу, позволив ей полностью взять верх. Моя кожа треснула, проросли волосы, и я превратилась в животное, которое жило внутри меня. Я опустилась на четвереньки, моя одежда разлетелась вокруг меня клочьями, как раз в тот момент, когда Саванна набросилась на меня, впившись зубами в мое плечо.