Оказавшись на верхнем уровне, лифт открылся в служебный коридор, и нас проводили к двери в дальнем конце. В ту секунду, когда ее открыли, мои волосы разметало по плечам, и мне пришлось прищуриться от яркого света.
Доступ на крышу вел к вертолетной площадке, и наш вертолет уже был заправлен и ждал, его лопасти головокружительно вращались над головой. Повсюду были вооруженные вампиры, некоторых из них я узнала по Ковену Атласа и Сиренити. Фауст тоже был здесь, рядом с пилотом. Казалось, что он выкрикивал приказы человеку. Типичный Фауст.
— Мисс Каствелл? — раздался низкий незнакомый голос, который я едва расслышала из-за шума лопастей вертолета. Прищурившись от света фар механического чудовища, я увидела стоящего надо мной человека. На нем была черная армейская форма. — Я коммандир Уоррик. Мне поручено убедиться, что ваша поездка в город пройдет гладко! — Даже перекрикивая шум, его голос был глубоким и громоподобным.
Я не стала кричать в ответ, просто кивнула и убрала волосы, чтобы они не хлестали меня по лицу, когда он положил руку мне между лопаток и повел внутрь.
— Она со мной, — раздался рычащий голос, и чья-то рука протянулась, крепко сжимая мою. Я подняла глаза и увидела Гарета, свирепо смотрящего поверх моей головы, сжав губы в жесткую линию. Он смотрел на Уоррика, а не на меня.
— Просто выполняю приказ, — вежливо сказал Уоррик, следуя за мной внутрь.
Гарет усадил меня на сиденье рядом с собой, и я попыталась игнорировать устремленный на меня взгляд Сиренити, неловко пытаясь пристегнуться.
— Позвольте мне, мэм… — начал было командир.
— Я сказал, что держу ее. — Гарет накинул на меня ремни безопасности и застегнул их так туго, что я чуть не задохнулась.
Уоррик попятился с поднятыми ладонями и бровями, откидываясь на спинку своего сиденья и пристегиваясь, когда вертолет начал подниматься. Он захлопнул дверь, и вихрь прекратился.
Я наконец смогла хорошенько рассмотреть Уоррика. Было ясно, что он вампир. Я чувствовала исходящий от него запах. Но в этом аромате было что-то еще, что я не могла определить. Что-то смутно цитрусовое и неуместное.
Странно…
У него были шоколадно-каштановые волосы, уложенные по-военному, и густая борода, придававшая форму его квадратной челюсти. Он тоже был крупным, наверное, где-то около шести футов пяти дюймов, с руками в три раза больше моих. Больше я ничего не смогла разглядеть, потому что он был с ног до головы закутан в тактическое снаряжение.
Я наконец посмотрела на свою кузину, и она все еще смотрела на меня, переводя взгляд с меня на Гарета. Я слегка покачала головой, пытаясь сказать ей, чтобы она уже прекратила это. Что бы она ни думала, о происходящем между мной и сварливым бета волком, это было не так. Он был хорошим трахом. Даже отличным трахом, но когда веселье закончилось, я увидела настоящего Гарета, и этот Гарет был придурком.
Сол-сити оказался совсем не таким, каким я могла себе представить. Имею в виду, я видела его по телевизору достаточно много раз, чтобы иметь общее представление об этом месте, но, черт возьми, оно не имело ничего общего с реальностью.
Я привыкла к грязным городским улицам, темным закоулкам и четкому разделению жителей. Там, где Нок-Сити казался враждебным и сырым, Сол был подобен глотку буквально свежего воздуха.
Между небоскребами росли сотни деревьев, как будто архитекторы не могли найти в себе сил их срубить. Дороги были чисто вымощены, тротуары нетронутыми и белыми, а крыши каждого здания покрывал цветущий сад.
Я вспомнила, как Сиренити рассказывала мне об этом городе, когда мы были детьми. Мои родители никогда не разрешали мне путешествовать с тетей и дядей, когда Райану приходилось посещать свои политические вечеринки. Мне пришлось жить опосредованно через Сиренити, и то, что я оказалась здесь сейчас, после стольких лет, было сюрреалистично. Хотелось бы, чтобы это произошло при лучших обстоятельствах.
Город был ярко освещен, рекламные щиты мигали, пробки сверкали, а ночная жизнь явно кипела от возбуждения. Мы описали полукруг по краю большой стены, которая окружала его. Это было знакомо. В каждом городе-убежище были контрольно-пропускные пункты, через которые нужно было пройти, чтобы попасть внутрь.
Было трудно смотреть в окно, не слишком наклоняясь к Уоррику, но он, казалось, не возражал против моего таращения. Мы снизились и начали кружить над ярко-белым зданием с обширной лужайкой, покрытой каменными фонтанами, садами, прудами и чем-то похожим на поле для гольфа. Это выглядело так неуместно в самом центре всех небоскребов.