Из соседнего прохода выплыл ещё один дрон и остановился, когда его сенсоры зафиксировали дружественную машину, контролирующую это пространство.
- Так вот вы какие, - прохрипел Валов, - наверное, элита местная.
Дроны, для которых человеческий голос ничем не отличался от прочих шумов, среагировали только на едва заметные движения головы капитана. Враг был идентифицирован, как неопасный и на него одного тратить высокоэнергетический заряд было нецелесообразно.
- И у меня для вас... Подарочек...
Второй дрон вышел из прохода и, повернувшись, направился в том направлении, куда ушёл Виталий вместе с оставшейся частью отряда, а в гранате с красными метками уже шёл отсчёт.
Валов стал первой жертвой. Он не почувствовал ничего, кроме исчезновения боли за долю секунды до конца. Машины врага, обладавшие высокоэнергетической защитой, оказались достаточно близко для того, чтобы дезинтеграционный импульс смог пробить её и распылить их. Не полностью, но продолжать работу они уже не могли.
Остатки отряда тем временем добрались до лифта. Кабинку пришлось ждать, но к счастью, в здешних коридорах ещё не было ослепительного света, а это значило, что враг до них не добрался.
Отсутствие воздуха было существенным минусом, потому что врага можно было только видеть, а о новой разновидности дронов быстрее сообщил нарастающий вой. Они двигались с большой скоростью и имели каплевидную форму. Будучи не похожими на боевые машины звездообразной формы и на вспомогательные сфероиды, они были чем-то средним и по принципу действия и по роли в бою. Они быстрее занимали пространство, вычисляя противника, тем самым указывая на него основным машинам, которые не могли быть везде одновременно. Однако огневая мощь каплевидных дронов была достаточной только лишь для завязки боя, а защита их была слаба.
Когда тройка таких дронов напала на отряд, Солдаты Доминиона уже укрылись в лифте, а створки его начали сходиться. Но доли секунды, бывшей в распоряжении машин, было достаточно для того, чтобы внутрь кабинки влетело несколько продолговатых игл. Они ранили Леонида - три попало в ногу, и одна в бок. Серый скафандр тут же окрасился алыми пятнами, а Соломин обмяк.
- Чёрт! - воскликнул Виталий.
Он осторожно опустил Сержанта на пол, и переключился на Леонида. Осторожно дотронувшись до иглы, он убедился, что она безопасна, и, взяв её всей рукой, осторожно вытащил. Тут же подоспел Кузнецов, который принялся обрабатывать рану медицинским спреем. Видимо, иглы были обработаны чем-то, что способствовало кровотечению, но специальная земная смесь справлялась с этим составом.
Убедившись, что кровь не идёт, Кузнецов заклеил пробоину специальной лентой и переключился на другую рану.
- Как тогда, - прохрипел Леонид, - на Орионе.
- У нас тут свой Орион, - пробурчал Кузнецов, отрывая очередной кусок ленты, - их надо в медблок, Заруба.
- Да.
Виталий поднялся и подошёл к панели управления лифтом. Выбирая нужный уровень, он очень надеялся, что война туда ещё не пришла, что с Леной всё в порядке, и он увидит её сейчас. Он набрал на терминале две цифры. Две заветных пятёрки.
Леониду стало лучше после того, как из его тела извлекли иглы, но он всё равно оставался очень слаб. Больше всего Виталий боялся за рану в боку, но понимал, что если Соломина поместить в лечебную среду, он будет излечен.
За несколько секунд до того, как лифт открылся, Виталий поднял вверх свой дезинтегратор, готовясь сразу отражать атаку. Однако уже одно то, что шахта в этой части цела, и кабинка плавно остановилась на нужном уровне, говорило о том, что, по крайней мере, во внутренней части этих секторов всё в порядке.
Система сообщила, что они находятся в герметичной зоне, а створки, открывшись, явили бойцам чистые, светлые, а главное, не повреждённые коридоры Ориума. Кузнецов подхватил сержанта, а Виталий Леонида.
- Нужно кого-то найти, - сказал Зарубин, - мне почему-то кажется, что здесь так тихо, потому что в этом блоке всё забито.
- Пойдём, найдём, - сказал Кузнецов.
В первой же медсестре, вышедшей им навстречу, Виталий хотел увидеть Лену, но это была не она. Девушка издалека была на неё похожа, в основном благодаря росту и светлым волосам, и у Зарубина радостно забилось сердце, но потом его ждало разочарование.
- Идёмте за мной, - без лишних предисловий сказала девушка.
На ней не было скафандра, что пугало Виталия, потому что в сложившихся условиях разгерметизация была вещью весьма вероятной.