- Наш сегмент там, - валов указал на одну из вышек, имевшую совсем другую конфигурацию.
Вместо заострённого пика на её вершине было несколько расходящихся в стороны антенн. Если смотреть сверху, то они образовывали многоконечную звезду. Сама вышка была заметно толще и выше тех, с которыми Солдатам Доминиона сегодня уже доводилось иметь дело.
На подступах к необычному объекту шёл бой. Виднелись взрывы. Когда бойцы приблизились, стало видно, что это не учёные или инженеры леврорнодивов, которых хотят взять в плен, это ракетчики-земляне отбивают атаки шагающих роботов.
- Капитан Валов, доложите обстановку.
- Лейтенант Жигарев, обстановка стабильная. Сейчас отобьём роботов и пойдём на штурм.
- Отлично. Нам оставьте немного, - усмехнулся капитан.
- Есть.
Вместе с роботами в бой шли и обычные леврорнодивы. Надо отдать должное сражались они гораздо лучше тех, с кем Виталий и его товарищи сталкивались на Меларе. Они умело укрывались за вышедшими из строя роботами, достаточно метко стреляли, а вот попасть в них было гораздо сложнее. Ещё в их действиях была полная обречённость. Если у них была возможность убить землянина ценой своей жизни, они пытались это сделать. Получалось не всегда, но только за первые десять минут участия в бою, Виталий насчитал семерых убитых.
Им достался по-настоящему трудный объект. На других участках сражение шло гораздо лучше, потому что вскоре пехоте и Солдатам Доминиона было доставлено подкрепление из шагающих роботов. Эти машины имели по четыре лапы с множеством суставов и были гораздо более маневренными, чем их леврорнодивские оппоненты. Шагающий робот, к примеру, не мог занять позицию на своём уничтоженном собрате, но проворности и прыти земных машин для этого было достаточно. Как только роботы заняли позиции, люди быстро выиграли преимущество. Земная техника действовала превосходно. Жаль только, что в здешних условиях её нельзя было применять в больших масштабах. Леврорнодивы были слишком опасны против роботизированной бронетехники, что повлекло бы неоправданные потери, учитывая, что они достаточно хорошо укреплялись на подконтрольных им территориях. К тому же, Солдаты Доминиона вели сражения в основном в сильно пересечённой местности, а ближе к равнинам роботы применялись значительно шире.
Внутрь объекта первыми устремились бойцы капитана Валова, держа перед собой автоматы. Все были готовы в случае атаки укрыться и атаковать гранатой. Из-за того, что объект нужно было сохранить в как можно большей целости, им разрешено было применять только лёгкие дезинтеграционные. Это было вполне приемлемо, если учесть, что противостояла им в основном пехота.
Первый отряд леврорнодивов укрылся за баррикадами сразу около входа. Потребовалось только спровоцировать их на то, чтобы они высунулись из своего укрытия, остальное сделал робот, которого им удалось лишь немного повредить. Вылетевшая из прохода лёгкая граната попала в сустав одной из лап. Машина, у которой на этот случай существовали специальные алгоритмы, тут же поджала повреждённую конечность корпусу, и слегка переместила центр тяжести, чтобы иметь возможность передвигаться на трёх лапах. Подвижность, конечно, пострадала, но продолжать бой робот был в силах.
Для пущей уверенности, что за укрытием их не ждёт суицидальный взрыв, туда была брошена дезинтеграционная граната. Когда поток излучения ослаб, вперёд устремились Солдаты Доминиона. Заграждение, встреченное ими на входе, было самым труднопроходимым, а отряд, сопротивлявшийся им - самым многочисленным. Дальнейшее противодействие землянам со стороны леврорнодивов было неорганизованным и слабым. В основном это были те самые учёные и инженеры, намеренно изображавшие готовность сдаться в плен. Виталий боялся даже подумать, скольких бойцов они погубили в самом начале, когда их подлость была неизвестна. К счастью, бомба не срабатывала при смерти от пули, что было вполне оправдано: случись такому специалисту случайно умереть в рабочее время, и он утянул бы за собой ещё нескольких, и это грозило бы принять характер цепной реакции, а ведь объект был ценным, очень и очень ценным. Настолько, что сами леврорнодивы порой боялись что-либо повредить.