– Нет, – сказал морщась Андрей, эта сумасшедшая исповедь была мучительна для него, как и вся обстановка, и ядовитый запах блевотины. – Не пьяный… солдат был.
– Да разве я смотрел! – крикнул Шурик. – Мне сказали, не бойся, винтовка учебная… Получит три дня губы!
– Ну, дальше?
– Я сильно боялся, схватил, побежал… Но вещей не брал, ничего не брал, кроме винтовки.
– Дальше? Дальше что? – натужно спросил Андрей.
– Я все продумал, решил вместе с Араной сесть в эшелон и доехать до фронта. Таких, как я, много, есть и моложе меня. Но я с оружием! Значит, меня не прогонят. Так я хотел сделать… Мой отец так сделал! Взял винтовку и ушел в бригаду. У нас все так делали! У кого оружие, тот и солдат!
– Где винтовка? – закричал Андрей, потому что он не мог уже слушать и ждать. Все в нем кончилось – терпение, жалость, доброта, даже мужество. – Где она? Где? Где?
Голос в пустом коридоре прозвучал отчаянно.
Шурик шепотом ответил:
– Нет.
Стало тихо…
Оба молчали, прислонясь к стене, не видя друг друга.
Как мертвая зыбь на море, их раскачивала одна стихия, увлекая на дно. Слышали они друг друга, способны ли были вместе искать пути спасения?
– Помоги, – подал Андрей голос, каким унизительным, просительным он был. – Помоги мне, Шурик…
– Нет ее, нет! – гортанно резко произнес тот и стукнул кулаками об стену. – Арана как увидел, схватил ее, бегом на озеро. Ты, говорит, себя погубишь и меня погубишь! Это трибунал!
– Куда? – устало спросил Андрей.
– В озеро. Сейчас, недавно.
– С лодки?
– Да, с лодки.
– Глубоко?
– Не знаю.
– На середине, что ли?
– Нет, нет, ближе…
– Лодка там есть?
– Лодка есть. Но их запирают на ночь.
– Ничего. До утра я не могу ждать. Не доживу. Кстати, как по-испански «оружие» будет?
– Арма, – ответил Шурик.
– Я так и думал.
– Слушай, – сказал Шурик. – Хочешь, я пойду, мы вместе пойдем и все как есть расскажем. Пусть меня судят! Я виноват, я и отвечу!
– Дурак, – произнес Андрей и пошел к выходу. Сзади, слышно по шаркающим шагам, плелся Шурик. – Бабку бы пожалел. Она тебя любит.
– Я знаю. Она мне больше родной.
– А что ты делаешь? Меня губил, себя теперь губишь, ее… Камарадо ты, камарадо.
– 29 -
Неподалеку от общежития стояли Васька с Ксаной, обсуждали, где искать солдата.
Ксана увидела первая, спокойно сказала:
– Смотри, он?
Васька наскочил на солдата, чуть не стукнулся!
– А я тут! Дядя Андрей!
– Устал? – спросил Андрей.
– Да нет…
– Не сердись, я не дождался. Сейчас пойдем ловить мою боевую… – Голос у него был раздумчиво напряженный.
– И я? – спросила вежливо Ксана.
– Ну и ты. Если не боишься утонуть. Девочка независимо повела плечами. Мол, почему я должна бояться.
– Я не познакомил вас, – сказал солдат и оглянулся. Шурик стоял позади. Даже в полутьме двора было видно, как побелело и осунулось его лицо. Вот тебе и камарадо! А ведь его рвало от испуга. – Это Шурик, а это мои друзья.
– Он самый!!! Я его узнал, – произнес Васька глухо.
– Вот и хорошо, и я узнал. Значит, можно идти.
– Я думаю… Предупредить Арана? – спросил Шурик.
– Не надо! Зачем же портить человеку свадьбу?
– Ладно, – произнес Шурик и первым пошел в темноту, каким-то образом угадывая тропинку.
За ним шагал Андрей, потом Ксана, а Васька завершал шествие. Несколько раз он поскользнулся, и Ксана остановилась, чтобы поддержать.
– Да сам, – буркнул он, отстраняясь от ее рук.
– Вот чудак, – сказала она негромко.
Где-то на половине тропы Шурик неожиданно остановился, присел, коснулся руками земли:
– Какая, а?
Андрей нагнулся, приложил ладони, сразу различил влажное тепло, идущее изнутри.
– Что это?
– Вулкан! – воскликнул Васька – Земля… Торф горит, – сказал Шурик, – Мы по огню идем.
– По огню? – переспросила Ксана.
– Да, по огню.
– А ты испугалась? – усмехнулся Васька.
– Почему испугалась? После эвакуации я не люблю огня. Дальше шли молча. Но всем казалось, а может, так оно и было, что через обувь чувствуют они горячий исход огня, полыхающего под ногами.
Васька все нагибался, щупал землю руками, говорил, ни к кому не обращаясь:
– Во, жжется!
Выбрались к озеру, стало светлей.
Запахло тиной, сыростью. Белая негаснущая полоса на западе, над насыпью железной дороги, отражалась в воде.