— Между прочим, готовить в этом училище учили так, что я и подумать не могла. Пока борщ нормально не сваришь, будут дрючить как сидорову козу! Без стипендии могли оставить… С меня там семь потов сошло, с дуры. Думала: так, чепуха какая-то… Ага, как же! Зато теперь так сварю, так испеку — пальчики оближешь!
В общем, профессию она получила железную. Оно вроде бы и хорошо, да цель-то в жизни другая: принц с алой розой. А вот с этим персонажем как-то выходила напряженка. Нет, дивная манкая красота девчонки кого только не влекла, отбою не было. Да только она воротила и задирала нос. Кто?.. Таксист? От ворот поворот! Деньги лопатой гребет?.. А мне нужен такой, кто будет грести экскаватором! Студент? Гм… Ну, этот пока еще зарабатывать начнет! А я лет семь-восемь буду с голой жопой ходить? Нет, не годится.
Ну и так далее.
Любовь? Была. По закону подлости: с самым никудышным. Нет, внешне-то он был красавец сам собою, но только тем и брал. Бездельник, альфонс, вымогатель. Голову заметелил, своего добился, то есть откукурузил — и сделал ручкой. А Наташа осталась с пузом. Ревела, конечно, в подушку, потом пошла на аборт… Хорошо еще, что эта операция оказалась не очень травматичной.
— Жить будешь, балда, — сумрачно промолвил хирург. — И рожать еще будешь. Только больше сюда попадать не рекомендую! Второго шанса может и не быть. Поняла?
— Поняла… — всхлипывая, ответила «балда».
Ну, а потом годы побежали, побежали… Когда исполнилось двадцать три, Наташа внезапно ощутила себя «старой девой», даже запаниковала. Но тут подвернулся старший лейтенант Симаков…
Она вмиг прикинула расклады: старлей, капитан, майор… Приличные деньги! Придется, правда, помотаться по городам и весям, но дело того стоит! Сразу приободрилась, а старлея, конечно, вмиг свела с ума, включив все свое умение. Ну вот так и стали жить.
— Ты знаешь, — она вздохнула, — я ведь и привыкла к нему, как… не знаю. К ребенку? Нет, к тому другие чувства. А так, как к какой-то вещи, что с тобой всю жизнь. Вот есть он рядом — и хорошо, нормально. Опора в жизни есть. Ну, доила конечно, как дойную корову, и рога ему наставляла… Но честное слово, знать не знала, какими он делами занимается!..
— Тихо!
Я цыкнул так, что она чуть не обомлела. А я замер с грозно поднятым указательным пальцем.
— Что? — шепнула она едва слышно.
Я приложил палец к губам. Она понимающе кивнула.
Тишина. Слух у меня обострился до крайности. Почудилось?..
Какое-то шуршание за дверью. Я бесшумно встал, бесшумно прокрался в коридор, там застыл. И так стоял с минуту.
Нет, ничего. Почудилось, верно. Так же беззвучно я вернулся обратно.
— Показалось, — я улыбнулся. — Шпионские страсти.
— Ух… Я от этого, кажется, с ума сойду, — пожаловалась Наташа. — Я и сюда когда шла, тряслась. Хорошо, что Сашку отправила отсюда!
— К отцу?
— К моему-то? Нет! К Толиным родителям. Они во внуке души не чают.
И сказав так, она едва не поперхнулась. Вновь навернулись слезы. Она моргнула, сделала неясную гримаску, справилась с собой. Заставила себя улыбнуться:
— Слушай! Давай чаю попьем? Я тут все знаю, что у Маринки где лежит. А то от этих воспоминаний…
— Грусть-тоску развеять? — я постарался пошире улыбнуться. — Давай! Шторы там задерни на всякий случай.
— Уже! — засмеялась
Натали бодро устремилась на кухню, загремела там посудой, чиркнула спичкой, шумно задышал газовый огонь. Я посмотрел на часы. Время увольнительной таяло.
Наташа вернулась с кухни, села на место. Робко взглянула на меня.
— Ты знаешь… ты мне очень нравишься, — призналась она. — Как мужчина женщине. Тебе, наверное, уже и передали?..
— Было такое, — не стал скрывать я.
— Ну, понятно. Болтала языком где попало… Идиотка. Хотя все правда.
Она затеребила пальчиками скатерть.
— Ну, короче… все в силе. Врать не буду. Ты как хочешь ко мне относись, что хочешь думай, но я готова быть твоей… женщиной. Пусть на часок. Не ради шпионских игр, ты не думай. Просто так, по бабьему хотению. И буду счастлива. А там будь, что будет.
Она говорила это с показушной бойкостью, но я видел, что слова даются с трудом. Голову она нагнула, лицо порозовело. Руки спрятала под столом. И неожиданно сказала: