— Всем вам, — сказал Донал, улыбаясь им с их экранов, — к этому времени уже известно о предстоящей операции. Она является результатом нескольких лет планирования и деятельности лучшей разведки из всех, что мы имели. Однако один из вас пришел ко мне с естественными опасениями, что мы, возможно, пытаемся откусить больше, чем в состоянии проглотить. Поэтому, поскольку это операция совершенно нового типа и поскольку я твердо полагаю, что правами отдельного профессионального солдата нельзя пренебрегать, я предпринимаю беспрецедентный шаг, ставя вопрос о предстоящем штурме Сеты на голосование. Вы будете голосовать на кораблях, а результаты будут направляться вашими капитанами сюда, на флагман. Джентльмены, — Донал слегка подтолкнул человека, которого нашел Ли, ближе к экрану, — я хочу представить вам сержанта Тайсса, который нашел в себе смелость повести себя как свободный человек и задавать вопросы.
Захваченный врасплох и ослепленный ярким светом, сержант облизнул губы и глуповато ухмыльнулся.
— Предоставляю решать вам, — добавил Донал и отключил связь.
Три часа спустя сержант Тайсс вернулся на свой корабль и ошеломил своих товарищей рассказом о том, что с ним произошло. На флагманский корабль начали поступать сообщения о результатах голосования.
— Почти единогласно, — доложил Лладроу, — все за штурм. Лишь три корабля — все не из первого эшелона — высказались против.
— Я хочу, чтобы эти три корабля не участвовали в атаке, — заявил Донал. — И отметьте их названия и капитанов. Напомните мне об этом, когда все закончится. Ладно. — Он поднялся с кресла в кают-компании флагмана. — Отдайте необходимые распоряжения. Мы приступаем.
И они приступили. Сета никогда всерьез не воспринимала возможность вражеского нападения. Единственная обитаемая планета на орбите звезды типа КО Тау Кита, с большей частью неосвоенной территории, она ощущала себя в безопасности среди межзвездного хитросплетения взаимных обязательств, делавших любое другое планетарное правительство в той или иной степени зависимым от ее доброй воли; поэтому на постоянной орбите вокруг нее имелось лишь несколько сторожевых кораблей.
Эти корабли, координаты и траектория которых были тщательно изучены службой разведки Донала, его флот внезапно окружил и уничтожил, до того как они смогли послать предупреждение. На планете это восприняли с крайним изумлением и почти с недоверием.
Однако под покровом ночи десантные части уже высаживались на Сету, обрушиваясь на города, военные базы и полицейские посты.
В большинстве случаев десант сразу же оказывался точно над целью, поскольку кораблям, сбрасывавшим его, никто не мешал. Реакция же тех, кто находился на земле, была более чем ожидаемой в ситуации, когда хорошо обученные и вооруженные войска столкнулись с местной полицией, необстрелянными солдатами и отдыхающими гарнизонами. То тут, то там возникали короткие и быстрые схватки, лишь когда штурмовым группам противостояли наемники, столь же подготовленные, как и они. Но в этом случае быстро поступало подкрепление и операция заканчивалась.
Сам Донал высадился на планету с четвертым эшелоном; и когда на следующее утро над горизонтом поднялось большое желтое солнце, планета находилась под надежным контролем. Два часа спустя ему доложили, что нашли самого Уильяма — в его собственной резиденции в пригороде Уайттауна, до которого было около полутора тысяч километров.
— Я еду туда. — Донал огляделся по сторонам. Его офицеры были заняты, а Ян находился где-то в войсках. Он повернулся к Ли: — Идем.
Они отправились в путь на четырехместной платформе, опустившись в саду резиденции, Донал жестом поманил Ли за собой и вошел в дом.
Комнаты были пусты, словно все обитатели дома куда-то исчезли. Какое-то время спустя ему стало казаться, что, возможно, доклад был ошибочным и Уильям тоже скрылся. Наконец в небольшой комнатке Донал встретил Ани.
Лицо ее было бледным, но спокойным.
— Где он? — спросил Донал.
Она повернулась и показала на дверь в дальнем конце комнаты:
— Заперто. Он был там, когда ваши начали высаживаться, и с тех пор оттуда не выходил. Никто больше не должен был здесь оставаться. Я… я не смогла уйти.
— Да, — угрюмо произнес Донал, разглядывая запертую дверь. — Должно быть, это было нелегко — для него.
— Вас волнует его судьба?
Он резко поднял голову и взглянул на нее, пытаясь разглядеть хотя бы намек на насмешку в выражении ее лица. Однако она спрашивала совершенно искренне.