Он снова бросился им в тыл, взорвал вторую мину и открыл по ним сзади огонь.
На этот раз в ответ раздалось дружное щелканье ружей — словно все тридцать пять человек стреляли по нему одновременно. Джунгли взорвались какофонией протестующих звуков, а грохот упавшего после взрыва третьей мины дерева усилил общий шум, как раз когда стрельба стала понемногу стихать. К этому времени Клетус снова облетел свои еще не взорванные мины и остановился ниже по реке… Он ждал.
Через несколько минут раздалась команда, и партизаны прекратили стрельбу. Клетус понял, что офицеры, которых он заметил среди партизан, обсуждают возникшую ситуацию. Наверняка их беспокоил вопрос: были ли взрывы и выстрелы из конусного оружия, которые они слышали, результатом действий какого-то малочисленного патруля, случайно оказавшегося в этом районе, или они вопреки всем своим ожиданиям и здравому смыслу столкнулись лоб в лоб с большими силами противника, прибывшими сюда специально для того, чтобы преградить путь к побережью. Клетус дал им время все это обсудить.
Очевидным решением для такой, как эта, группы партизан в подобной ситуации было бы стянуться поближе друг к другу, выслав вперед разведчиков. Сейчас ньюлэндцы находились менее чем в восьмистах метрах от переправы, и разведчики легко обнаружат, что брод практически не прикрыт, что не сулило ничего хорошего. Клетус взорвал еще парочку своих мин и стал обстреливать ту часть занятой партизанами площади, которая находилась ближе к реке. Ответ последовал незамедлительно.
Но вскоре их стрельба стала слабеть, пока не сменилась редкими одиночными выстрелами. Когда наконец все смолкло, Клетус поднял свою машину в воздух и полетел в глубь джунглей, вверх по течению реки. Метров через пятьсот он завис среди крон деревьев и стал ждать.
Конечно же, он заметил внизу признаки движения. Люди шли в его сторону, растянувшись в стрелковую цепь. Партизаны, получившие новое подтверждение, что они столкнулись с ощутимыми силами врага на нижней переправе, предпочли не проявлять героизм, а действовать осторожно. Они отходили к следующей переправе, где либо их путь будет свободен, либо они смогут противостоять врагу, объединяя свои силы с другой группой их отряда, которая должна переправляться через реку на среднем броде.
Клетус сделал еще один разворот и направился вверх по течению ко второй переправе. Приближаясь к этому району, он притормозил, чтобы свести к минимуму производимый турбинами шум, и стал подкрадываться к реке на большой высоте, меж верхушками деревьев.
Вскоре он поравнялся со второй группой партизан, также передвигавшейся двумя стрелковыми цепями, но находившейся еще почти в километре от среднего из трех бродов. Клетус задержался для того, чтобы прикрепить к деревьям чуть ниже переправы следующую партию мин, затем снова взмыл вверх.
Когда он подлетал со стороны берега к тому броду, где укрывались Джарнки и его люди, то обнаружил, что третья группа партизан уже приближается к реке…
Надо было срочно действовать. Клетус пролетел метров тридцать перед их первой цепью, открыл огонь и понял, что находится перед центром цепи. Переместившись за спины партизан, он в полной безопасности подождал, пока стихнут ответные выстрелы, затем снова пересек линию и, расставив четыре мины на их пути, вернулся назад, поставил еще парочку мин на одном из концов цепи и снова начал стрелять.
Результаты были поразительными. Партизаны открыли стрельбу по всему фронту. Кроме того, люди, которых он оставил на переправе, напуганные огнем ньюлэндцев, начали стрелять в ответ. В результате создалось впечатление, будто сражаются две многочисленные группы. Только одно ему не понравилось во всех этих звуковых эффектах. Он узнал среди них ружье Джарнки, и, судя по звуку, капрал находился на земле метрах в пятнадцати от передних рядов партизан — там, где обмен выстрелами вскоре мог оказаться смертельным для него.
Клетусу ужасно хотелось выругаться, но он сдержался и по микрофону коммуникатора, закрепленному у горла и улавливавшему импульсные колебания, приказал Джарнки отходить. Ответа не последовало, а ружье капрала не утихало. На этот раз Клетус выругался. Спустившись почти до самой земли, он под прикрытием джунглей повел свою машину к позиции Джарнки, расположение которой можно было легко определить по звуку выстрелов.
Молодой солдат лежал на животе, широко расставив ноги. Дуло оружия, покоившееся на стволе рухнувшего дерева, содрогалось от выстрелов. Лицо капрала было бледным, словно у человека, который потерял по крайней мере половину крови, но никаких признаков ранения Клетус не заметил.