Надо разобраться в темпе, чем они дышат, в каком температурном диапазоне живут. И, если условия будут позволять, надо нашего гаврика развязать, скафандр снять, да допросить по возможности. А то если его так, как сейчас, оставим на несколько часов – сдохнет же без всякой пользы. Я посмотрел – судя по их анатомии, они на человека сильно смахивают. Может и среда обитания наша им сгодиться. В общем, Кима я тебе командирую в помощники – и бегом, исполнять приказ, разбирайтесь с вашим чудом-юдом. Понятно?
– Понятно, товарищ майор.
– Иди,…нет, стой Илья погоди. Слушай…мне Сашку очень жаль. Я знаю, что это был твой друг. Мне всех наших жаль. Мы потом, когда все кончиться, соберемся, выпьем, помянем всех парней,…но сейчас нельзя, не время. Сейчас надо отключить эмоции и делать дело.
– Я понимаю, – сказал Илья, сдерживая эмоции. – Потом все. Разрешите выполнять приказ?
– Выполняйте.
Первым делом Илья активировал прибор биологической разведки. Поскоблил, преодолевая отвращение, особым пинцетом для взятия образцов в ране одного из мертвых инопланетян и, под слоем золы отщипнул кусочек неповрежденной плоти. Положил в приемный лоток прибора, задал программу. Прибор принял образец и легонько зажужжал, выполняя необходимые действия. Оставалось ждать, биологический анализ – дело не быстрое. Пока прибор обработает образец первичными реактивами, пока интерпретирует полученную информацию и подберет более точный набор реагентов, пока сопоставит результаты – пройдет не так уж мало времени. Предоставив прибору делать свою работу, Илья с Кимом начали анализы войсковым прибором химической разведки. Впрочем, то устройство, которое использовали бойцы сейчас, мало напоминало те образцы, которые еще в двадцатом веке применялись в Российской армии. Не надо было ломать никаких стеклянных индикаторных трубок и ампул и следить за изменениями их цвета, использовать химическую грелку и ручной насос. Прибор был полностью автоматизирован и подготовлен для работы на Элии.
Илья и Ким осмотрели одно из тел, но ничего похожего на баллоны или резервуары с газом не обнаружили.
– Похоже, дышат они кислородом, – сказал Илья. – Вот тут, в районе рта, утолщение, на нашу кислородную маску похоже. – Или не знаю уж, разве что какая-то запредельно крутая технология синтеза газа для дыхания или они вообще не дышат. Но вряд ли. Как бы точно проверить….
– А вот смотри Илюх, – Ким показал на одно из тел, с большим осколком от гранаты в шлеме, закрывающем голову. – Попадание в голову, отверстие, в целом, закрыто плотно. Осколок сидит в шлеме как влитой, вокруг ни трещинки. Наверняка в скафандре газовой смеси еще немного осталось. Быстро вынимаем осколок и вставляем щуп анализатора. Прокачиваем воздух из скафандра через прибор, смотрим результат. Что-то да поймем.
– Пожалуй, это идея, – согласился Илья. Давай-ка, зажми осколок щипцами аккуратненько, я пока насадку на щуп вставлю…готов? Раз-два взяли.
Насос заработал, и вскоре на экране прибора появились первые результаты. Кислород –19 процентов, азот – 79 процентов, немного углекислого газа и смеси других нейтральных газов вроде аргона, точное содержание которых прибор точно показать не мог.
– Кислорода на три процента больше чем на Элии, – прокомментировал результаты Илья. – Похоже, как и мы, они дышат кислородом, скафандры вроде САДКов, с кислородными масками, – добавил он.
– Ну, значит можно тащить в палатку и снимать скафандр с твоего подшефного, – подытожил их исследования Ким. – Должен сдюжить. А нет, так нет, Липатов поймет. Микробов бы вредных от него только не нахвататься.
– Маловероятно, – сказал Илья. Инопланетные микробы эволюционно под инопланетян должны быть заточены. Землян они типа не знают. Я все-таки биохимик, хоть и недоучившийся…. Читал я что-то такое в литературе, да и на лекциях по биохимии нам декан рассказывал. Гад блин декан…, ладно, забьем. Но, по сути дела, для чужих микробов наши организмы тоже будут чужие, поражать клетки человека и жить в них они не умеют, так что, скорее всего, ничего не случиться. Разве что в отдаленном будущем, если инопланетная микрофлора и земные организмы будут долго и близко сосуществовать и пойдут мутации и взаимная приспособляемость. Поэтому на этот фактор пока можно не обращать внимания. Так оно в теории выходит, насколько я понимаю.
– Ну и хорошо. Что там с твоим образцом?
– Сейчас, еще минут десять и будет результат.
Прибор биологической разведки негромко пискнул, привлекая внимание, и взгляды парней устремились на него. Экспресс – анализ был закончен. Илья внимательно просмотрел результаты. Прибор сообщал, что представленный образец был преимущественно белковой природы, белки близки по аминокислотному составу к человеческим. Так же в образце обнаружена клеточная структура, клетки которой, по предположению прибора, принадлежат к человеческой мышечной, жировой и соединительной ткани с вероятностью 85 процентов. Так же устройство обнаружило при разложении образца нуклеиновые кислоты, состоящие из стандартных азотистых оснований – аденина, тимина, гуанина и цитозина. Процентные соотношения по АТ и ГЦ, составу у представленного кусочка плоти были сходны с аналогичным соотношением для человека приблизительно на 80 процентов. Учитывая информацию в целом, прибор считал, что образец, с вероятностью более семидесяти процентов, принадлежит к человеческому телу, но какие-либо выводы по видовой, половой или расовой принадлежности делать отказывался.
– Интересно как, – Илья задумчиво рассматривал результаты анализа, еще раз пролистывая клавишами «вверх» и «вниз» информацию об анализе на дисплее прибора. – Похоже что-то человекоподобное. Вызываем начальство?
– Давай.
После краткого отчета о проведенных исследованиях, Липатов приказал парням занять одну из недавно поставленных палаток и попытаться снять с пленного скафандр. Сам лично он подойти не мог, ожидая очередной сеанс связи с Ямато, но пообещал, что к Илье с Кимом присоединиться майор Ванин, как только тот будет свободен. Еще один боец был прикомандирован им в помощь. Втроем, с присоединившимся к ним Витей Коршуновым, бывшим сисадмином, а ныне автоматчиком из второго отделения, они перетащили слабо шевелящееся тело через небольшой тамбур в палатку и дождались, когда помещение наполниться кислородом до нормы, а температура внутри станет плюсовой. Инопланетянина взгромоздили на лежанку и задумчиво встали втроем вокруг него. Процесс раздевания гуманоида надо было начинать, но идей как это делать, пока не было.
-Думаю, мы сможем аккуратно вскрыть скафандр снаружи, должна же быть у них какая-то система для этого, как у нас в САДКах. Мало ли, вдруг с раненого снимать потребуется. Тут ничего сверхсложного не должно быть, – сказал Ким.
– Может, пока его развяжем? – Внес предложение Илья.
– Не надо. Кто его, блин, знает, – покачал головой Витя Коршунов.
– Ладно, попробую пока так, – Илья наклонился над распростертым телом и стал осторожно ощупывать пленного в районе шеи и у затылка. Он пытался найти что-то вроде рычажка или кнопки, чтобы разблокировать крепления шлема. Однако результата это не принесло. Какие-то углубления, поддававшиеся нажатиям пальцев, у шлема инопланетного скафандра были, но это ничего не меняло. Вверх, с головы пленника, шлем идти не хотел, не смотря на все попытки.
Однако, ситуация все же изменилась. Пленник не остался равнодушным к ощупыванию посторонними своей собственной шеи и замычал что-то из под затемненного зеркала шлема. Одновременно он пытался шевелить связанными сзади руками.
– Не, так дело не пойдет, – Илья решительно отстранился от лежанки. – Я развяжу ему руки, пусть сам снимает. Ким, держи его под прицелом. Даже если продырявим палатку – фиг с ним. – Достав нож, парень решительно перерезал парашютные стропы, стягивающие врагу руки.
Инопланетянин медленно поднял освобожденные руки перед собой, пошевелил пальцами. Видимо остался доволен, так как наложенные поверх скафандра путы в любом случае не могли ему сильно затруднить кровообращение. Потом не спеша, смотря на направленный ему в голову ствол автомата, поднял руки вверх, к голове. Что он там нажал, понять не удалось, но что-то щелкнуло и, потянув вверх, он быстрым движением снял шлем.