Теперь вот перед толпой он сам, вещает на чистом немецком, а стоящие рядом переводчики переводят на берберский и арабский. А главное, толпа внемлет. Труды Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина, Троцкого, Чернова, "проглоченные" им в кратчайшие сроки, позволили познать суть идеи коммунизма, понять, что некоторые вещи оттуда действительно разумны, а некоторые чрезвычайно утопичны. В оригинале коммунизм в текущей ситуации не годится. Но главное, нужны деньги. Андреа с обалдением глядит на то, что он делает с народом, она даже не знала, что так можно было.
Здесь, в этом небольшом ангаре, собрались только проверенные люди, которых тестировали вредноскопом Рона, имеющим больше функций, чем тот думал. Оказывается, если навести медальон на человека и спросить его, как он относится к какой-то вещи или явлению, то если он относится к этому негативно, вредноскоп выдавал намёк угрозы. Таким образом было, после составления набора правильных вопросов, было выявлено около десяти внедренных шпионов.
С этими двумя сотнями Адольф будет работать. У него есть ораторский дар, это неоспоримо, хотя он всю жизнь даже не подозревал, что обладает им. Этот дар помогает воздействовать на людей, заряжать их своей энергией и побуждать действовать.
Вчера была зарегистрирована Марокканская социалистическая партия, в которую уже вошли присутствующие. Это дело не одного года, но Адольфу нужна лояльная страна, точка опоры, с помощью которой он перевернёт Германию.
Уже которую неделю в Танжер прибывают члены РАФ, разными путями покидающиме Германию, чтобы присоединиться к его личной армии.
По данным разведки, власти в Марокко нечистоплотны, честных выборов от них ждать не стоит. Хотя местные считают, что сам факт проведения выборов есть большой шаг вперед.
Касабланка оказалась бесперспективной в политическом плане, да и его искали там, честно говоря. Мараккеш под сильным влиянием короля, там его власть крепка. Нужен был город, который важен, но в то же время и не под бдительным присмотром властей. Танжер подходил идеально.
— Грядут потрясения, товарищи! — продолжил речь Адольф. — Страна легко может не выстоять, тогда всё погрузится в хаос, разруху! Мы можем этого не допустить! Я знаю, как сгладить углы, как наладить экономику! Я знаю как бороться с коррупцией! Я знаю, как сделать Марокко сильной державой!
Восторженные вопли, аплодисменты, Адольф кланяется и сходит с трибуны. Выступать перед толпой оказалось неожиданно приятно.
После выступления, он направился обратно в штаб-квартиру. Это громкое и мощное название носил номер в отеле "Рояль Минзах". Там постоянно находились Иволга, Ондатра и Голиаф. Остальные занимались шпионской деятельностью в городе. Пока что никого не устраняли, но уже был сформирован список приоритетных кандидатов.
— Как прошло? — поинтересовался Голиаф, уплетающий какое-то блюдо из "олл-инклюзив".
— Неплохо, хотя народу по-прежнему мало. — ответил Адольф, открывая дверь балкона. — Нужно увеличивать объемы вовлечения местного населения. О нас только начали узнавать, но никто и не подозревает, что за коммунистической партией стоим мы. Меня невозможно связать с Фракцией, так как я не успел засветиться.
— Ага, совсем не успел засветиться. Нисколько. — закивал Голиаф. — Просто пристрелил какого-то старика, всего лишь бывшего бундеспрокурора. Это любому сошло бы с рук, даже не сомневайся, тебя забудут уже через пару недель!
— Не ёрничай, я не это имел в виду. — отмахнулся Адольф. — Я к тому, что досье на меня они завели недавно, многолетних наблюдений не проводилось. Так что вменить мне многолетнюю террористическую деятельность реально сложно, хотя они и будут использовать весьма недоказанный факт моего участия в убийстве Курта Ребманна.
— Молчу-молчу. — примиряюще поднял руки Голиаф.
— Где Андреа? — спросил Адольф, сев на диван.
— Договаривается с типографией. — ответила вышедшая из душа Ондатра.
— Одна? — уточнение не было лишним, так как за ними вполне могли начать следить местные власти и силовики.
— Нет, с ней двое новых бойцов из свежей поставки. — Голиаф подвинул в сторону Адольфа блюдо с каким-то фруктовым салатом.
— Нет, спасибо. — отказался тот. — Им можно доверять?
— Это же четвертая волна, Жулан! — одновременно возмутились Ондатра и Голиаф.
— Я чего-то про них не знаю? — Адольф вопросительно приподнял бровь.
— Ребята бросили всё, прорвались сквозь полицию, спецназ, пограничников, тевтонский орден, драконов и лёд с пламенем, чтобы попасть сюда… — начал Голиаф оду восхваления. — … ну и прошли мою проверку.