— Нет, сэр! — вытянулся Питер.
— Тогда трансформируйся и полезай в клетку. — приказал Рон. — Будешь путешествовать в чемодане.
Петтигрю с хрустом и кряхтением обратился в аниформу и уставился на своего хозяина преданными бусинками-глазами. Рон засунул крысу в извлеченную клетку и положил её обратно в чемодан. Петтигрю совершенно не умеет ходить пешком, это было понятно по первому дню их сухопутного путешествия. Кровавые мозоли, ломота мышц и постоянное нытьё. Надо было вообще изначально сунуть его в чемодан и пусть торчит там до конца. Хотя намного логичнее не терять эту хитрую крысу из виду, со скользкого типа станется и сбежать.
Чемодан Рон оборудовал двумя лямками, которые нашил за вечер, теперь его можно носить с собой на спине. Весил он так, будто был пустым, но если взвесить содержимое, то получалось что-то около шестисот фунтов.
Нужно как-то пересечь границу, так как скоро здесь будет очень и очень кроваво. Османы перевезли войска морем, при поддержке британского флота, здесь их много, они собираются ударить по концентрирующим свои силы австро-венграм, поэтому стягивают солдат на направление для удара.
Логичнее было бы выждать, пока будущая битва не закончится, но надо убираться из зоны действия неизвестного магоподавителя. Сзади подпирают османские войска, спереди тоже они. Большая часть Сербии захвачена, сопротивления оказать она не смогла. Австро-Венгрия завязла в войне с Антантой на западе, практически все войска там, сейчас они скапливают всё что есть, чтобы отразить внезапное нападение. Рон предполагал, что у них ничего не получится, так как австро-венгерский контингент в Болгарии был буквально сметён османами на марше. Та памятная битва в лесу, после которой Рон оказался в этом мире, была лишь эпизодом.
Насколько знал Рон, у Османской империи с Австро-Венгрией был договор о ненападении, который сильно не нравился Великобритании, так как осуждение его можно было увидеть в каждой британской газете за последние пять лет.
Видимо османы решили его разорвать, причём таким вот внезапным способом, застали, так сказать, австрияков, со спущенными штанами. Очень эффективный ход, который вызовет международное осуждение, если османы не справятся с австро-венграми. В ином случае — победителей не судят.
Придется идти вперёд, границу османы уже оцепили, скорее всего. Искать щель в оцеплении слишком рискованно, с такой-то плохой магией. Не помешал бы англоговорящий пленный, но шансы найти такого близки к нулю. Впрочем, если внимательно поискать, можно найти какого-нибудь британского военного советника, Рон знал об этой истинно британской любви всё контролировать у соотечественников.
"Дезиллюминационные чары работают погано, если приглядеться, можно увидеть силуэт." — посетовал Рон мысленно. — "Придется ждать ночи."
Ночь
Костры, караулы, тишина. Идти ночью было не самой лучшей идеей, так как Рон не учёл усиление дозоров и вообще караульную службу османов. На занятиях в учебном центре подчеркивалось наплевательское отношение османов к порядку несения службы и общая слабость их армии, впрочем как и остальных армий, кроме британской. Эта информация сыграла злую шутку с Роном, так как османские караульные бдительно следили за любыми движениями, несколько раз чуть не обнаружив Рона.
Два раза была слышна перестрелка, видимо австро-венгры пытались разведать обстановку во вражеском лагере. Рону обстановка в лагере была до лампочки, лишь бы пробраться сквозь линию фронта.
— Selim, uyanık mısın? Bana bak, korumayı bırakmayacaksın! — раздался голос какого-то турка почти над головой медленно ползущего Рона.
— Ben uyumam efendim! Dikkatlice hizmet ediyorum! — бодрый голос озвучил ответ.
Рон замер, превратившись в неподвижную едва видимую скульптуру ползущего человека.
Первый голос скептически хмыкнул. Раздались удаляющиеся равномерные шаги.
Выждав ещё несколько минут, Рон медленно пополз дальше. Лазутчик из него вышел так себе, не будь дезиллюминационных чар, пристрелили бы раз восемь. Многие вещи, которым Рон не уделил должного внимания во время "отпуска" в своём мире, теперь выходили боком. Чемодан "вышел" вообще плашмя, а всё из-за этого поганого ослабления магии. Хоть Рону неизвестна природа этого явления, но ощутил его он на своей шкуре полноценно. Подсумок, собственноручно зачарованный на расширение вместительности и облегчение веса, потерял все свои свойства и с хрустом выплюнул спрятанный в него чемодан и ещё несколько десятков вещей. Такой удобный способ хранения порвался пополам… У Рона до сих пор горько на душе. Вот чего стоило взять и просто заказать подсумок требуемого размера в мастерской Косого переулка? Денег. Пятьсот галеонов за изготовление нестандартного и малоразмерного хранилища, и ещё десять за материал и ингредиенты. При том, что чемодан обошелся Рону в сотню галеонов, что и так было безумно дорого. В таких случаях платишь за малый размер зачаровываемого вместилища, а также за желаемый внутренний объем, причём там есть весьма подлая зависимость, не позволяющая сделать из спичечного коробка двухкомнатную квартиру. Чем меньше реальный объем, тем меньше можно сделать магический. В случае с чемоданом, Рон выбрал самый маленький чемодан из доступных, правда вмещал он в себя целых два кубических ярда пространства, да ещё и с возможностью быстрого поиска отдельных предметов. Создатель был истинным мастером, так как даже под влиянием антимагической аномалии чемодан не разорвался от схлопывания расширенного пространства. А вот подсумок Рона мастерским назвать нельзя. Видимо были какие-то критические ошибки в рунной формуле, раз при малейшей потере подпитки всё сломалось к чертям. Поэтому Рон теперь обречен пробираться через охраняемую территорию османов под едва работающими дезиллюминационными чарами и с чемоданом на спине. А в чемодане клетка, а в клетке крыса, которая на самом деле мужик… Рон старался не думать о том, что годами спал в обнимку с пожилым мужиком в облике крысы.