— Но так и было! Если бы не метеориты, мы дожали бы Антанту! Русские сдались, на два фронта разрываться больше не приходилось! Да победа почти была в наших руках! — горячо заверил его Дольф.
— Вот, об этом я и говорю. — кивнул Рон. — Теперь представь, что не дожали, что ускользнула победа, всё производимое страной приходится отдавать победителям, которых совершенно не волнует, что будут есть простые германцы, булка хлеба будет стоить целую тележку рейхсмарок, местами произойдет локальный голод, народ охватила депрессия, а Веймарская республика, которая пришла взамен Второго Рейха, не решала никаких проблем, страну наводнили коммунисты, а ты связался с национал-социалистами, а потом сформировал эту гнилую идеологию, которая стоила жизни порядка семидесяти миллионов человек. В общем, на почве тех послевоенных событий ты сошел с ума.
— Что стало со «мной» в итоге? — тихо спросил Дольф.
— Кажется сдох. — не очень уверенно ответил Рон.
— Кажется? — переспросил несостоявшийся фюрер Германии.
— В общем, разные источники говорят по-разному, ты то ли цианистого калия сожрал, то ли голову себе прострелил… — Рон покопался в своей памяти, вспоминая нужную информацию. — Тела не нашли, а Советы всё скрывали. Именно они брали твой бункер, но народу труп Главного Врага предоставлен не был. Что очень печально, так как я бы на месте твоих современников, постарался бы точно удостовериться, что такой ублюдок кормит червей, а не коптит атмосферу вместе с нами.
— Я превратился в чудовище? — неверяще спросил Дольф.
— Не в чудовище, а в долбанного психа, который встал у руля государства, жители которого только и мечтали о мести. И ненавидели евреев. — поправил формулировку Рон. — Хотя там больше ты постарался, основав свою идеологию на ненависти к евреям. Видимо у тебя есть какой-то пунктик насчёт этого. Хотя ты сам по бабушке еврей.
— Откуда ты… — озлобленность, возникшая на лице Дольфа сгладилась. — Ну конечно… Я же в этом мире Главный Враг.
— Именно. — подтвердил Рон. — Но ты не парься, уже пятьдесят лет прошло, считай два поколения. Но орать на каждом шагу, что ты Адольф Гитлер, не советую. Чревато побоями.
— Хорошо. — глубоко вздохнув, сказал Дольф. — Какие у нас планы?
— Планы у нас амбициозные. Попытаемся добраться до дома. — ответил Рон, криво усмехнувшись. — Очень хорошо, что ты перебросился вместе со мной. Ты расскажешь мне расклад по вашему миру, кто кого, чем и когда. А я, в качестве ответной услуги, расскажу тебе, как оно сложилось здесь. В своём мире тебе сказочно повезло, что упали долбанные метеориты. Иначе тебя ждала судьба самого последнего пи№%аса на Земле.
— Всё-всё, я понял, кем я мог бы стать! Не мог бы ты не напоминать мне об этом? — попросил Дольф.
— Главное, чтобы крыса не протухла… — невпопад ответил Рон. — Хотя гнилой Петтигрю тоже доказательство.
Дольф ничего не ответил, продолжив смотреть в стенку каюты.
— Знаешь, а ведь можно не тратить время зря! — вдруг озарило Рона. — Ты же в совершенстве владеешь немецким?
— Да, это ведь мой родной язык. — кивнул Дольф.
— Тогда давай, научи меня. Мне не помешает знание немецкого. — Рон достал из чемодана несколько тетрадей и ручку.
— Вряд ли удастся обучить тебя хоть чему-то за столь короткий срок… — с сомнением произнес Дольф.
— Ерунда, я же, черт побери, волшебник! — заверил Рон.
Лондон. Порт. Спустя 34 часа
— …Es ist ein leicht "zu erreichendes" Ziel. - наставлял Рона Дольф. — Выделенная мною часть и есть выражение возможности, или невозможности какого-либо действия. Как переводится данное выражение?
— Перевод: "Это легко достижимая цель." — ответил Рон.
— Потрясающе! — подивился Дольф. — Никогда не видел, чтобы кто-то так быстро усваивал информацию…
— Магия, черт её побери! — рассмеялся Рон.
— Но впереди ещё много работы. — Дольф закрыл тетрадь. — Я сам многого не помню, нужны пособия, и вообще, нужен профессиональный педагог, чтобы ты смог досконально освоить один из сложнейших языков Европы. Зачем ты тратишь время на войне, когда мог бы стать выдающимся ученым или инженером?
— Война меня не спрашивает, честно говоря. — признался Рон.
— Мы не говорили об этом, но в чём природа этих твоих "падений"? — спросил Дольф.
— Если бы я знал хотя бы это… — посетовал Рон, бросая тетради в чемодан. — Доберемся до дома, а там отец объяснит тебе всё подробно.
Корабль пришел в пункт назначения через несколько часов. Спустившись на причал, Рон вдохнул свежий воздух славного города Лондон.