- Интересно, и почему же ты Клоп? - Как-то между делом отметил Евдоким. - Я б не сказал, что ты мелкий. Да ещё и жилистый.
- Да потому что любую суку, что язык не умеет держать, как клопа завалю.
- А гниды после вшей или клопов остаются? - Опять вставил слово не в то время худощавый мужчина.
Клопа последнее заявление точно не обрадовало. Мужчина и так был на пределе, но сейчас смог удержать себя в руках. Или сказалось обещание не применять силу на производственной базе при начальнике. Или же опытный и повидавший всякое человек не хотел нарываться на неприятности из-за пустяков. Евдоким уже замечал неоднократно, что отсидевшие мужики, бывшие в его подчинении, не особо стремились показать свои силу и умение, поразить точным ударом или особо коварным на первый взгляд планом. Они больше исходили из того, что обида и вспыльчивость пройдут, а вот последствия натворённого можно потом искупать годами. И лишь сожалеть о том, что так и не получилось сдержаться когда-то очень давно.
- Скелет! - Евдоким подошёл и не без усилий освободил мужчину из цепких объятий Клопа. - Ты б реально за базаром следил.
- Да я просто...
- И не перебивал, когда к тебе обращаются. Если зубы до кончины вы надумали беречь, их не скпльте без причины и всегда фильтруйте речь! - Быстро сказанул парень, отведя худого мужчину на несколько метров в сторону.
- А он остёр на язык! - Крякнул повеселевший Петрович. - Как тебе? - Подмигнул он Клопу.
- Начальник, ты мне потом повторишь? - Поинтересовался тот у Евдокима.
- Да без понтов! - Отозвался тот. - Тебе на бумажку или под диктовку?
- Так я сам запомню!
- Добро. Но только если ты запишешь этот стишок на то место, где у тебя данные об обиде на Скелета. - Евдоким увидел, что Клоп при одном упоминании сдал кулаки, а потому решил, что больше таких оборотов следует избегать; по крайней мере - в ближайшее время. - А теперь, может, ты поведаешь нам, какого хрена вы так любовно обнимались, когда вылетели как голубки из-за угла?
Евдоким замолчал и уставился на Скелета. Худощавый мужчина сейчас совсем потерялся. Он явно не хотел попадать ни в какие неприятности, а потому был бы рад, наверное, открутить назад последние полчаса жизни, чтобы провести их иначе. Он судорожно бегал глазами. Петрович поудобнее устроился на скамье в предвкушении интересного рассказа и закурил. Клоп подсел к нему и тоже жестом попросил табака.
- Ну! - Повторил Евдоким. - Чего замолчал? То говорливый был!
- Да дюз... - Клоп не договорились, увидев перед собой ладонь Евдокима, как просьбу помолчать.
- Да я вообще не понимаю, чего Клоп так взъелся на меня! - Он посмотрел на товарища, который сейчас мог бы убить взглядом, будь у него под рукой пистолет. - Я шёл просто из узбечки. Меня Ульянка попросила сгонять туда.
- По поводу?
- Чего? По проводу?
- На кой чёрт? - Повторил Евдоким словами, какие должны были быть более понятны. - Туда пёрся на кой чёрт?
- Так она меня попросила!.. - Развёл руками худощавый. - Вроде как ей пожрать захотелось, а она на работе! Никак уйти не может. Вот я и попёрся! А ещё сказала позырить, есть на кассе ейный хахаль. Ну, тот ещё который того...
- Ну, мы в курсе.
- А я не видел! - Грустно отметил Петрович. - Я б послушал.
- Продолжай давай! Шурши погромче! - Выпустил дым Клоп. - Сейчас посмотрим, как керосинит эта падла.
- Так она меня попросила!.. - Развёл руками худощавый. - Вроде как ей пожрать захотелось, а она на работе! Никак уйти не может. Вот я и попёрся! А ещё сказала позырить, есть на кассе ейный хахаль. Ну, тот ещё который того...
- Ну, мы в курсе.
- А я не видел! - Грустно отметил Петрович. - Я б послушал.
- Продолжай давай! Шурши погромче! - Выпустил дым Клоп. - Сейчас посмотрим, как керосинит эта падла.
Худощавый сверкнул глазами а сторону сидевших на скамье. Но всем было прекрасно понятно, что этот взгляд был смелым и дерзким лишь до тех пор, пока их не разделял Евдоким. Парень тоже прекрасно осознавал, что возможности его не беспредельны. Но просто допустить беспорядка и стычек он не мог. Как будто ему тут не хватало ещё одного трупа или сильно искплеченного человека. Причём - по совершенно непонятным причинам.
- Да она всё по этому Джохару Дудаеву узбекскому сохнет! Дурында мелкая. Захотелось ей, понимаешь ли, приключений на свою задницу.
- И в передницу! - Как будто с неким наслаждение крякнул сторож и повернулся к Клопу. - Простая вуялять.
- Это точно! - Затянулся тот.
"А ему откуда знать про вуялятей? - Подумал Еадоеим. - Или сторож просто уже всем промыл этим мозги? Руки у Клопа трясутся! - Вдруг отметил он ещё. - И подбородок!"
- Продолжай! - Только лишь сухо отметил он, взяв худощавую руку в свою большую ладонь.