— Дичаем. Скоро сами в волков превратимся! — задумчиво протянул Феоктистов.
— Вот уж хрен! Ты как хочешь, а я завтра же набью морду первому попавшему буржую. Что бы не жировал тут, пока живых людей в лесу жрут. И хотя бы спички какие и еду нормальную у него отниму. Он-то себе ещё наэксплуатирует!
— Это ты дело говоришь... Спичек-то здесь, наверное, ещё не придумали. А вот огниво какое, или чем они тут себе огонь добывают, у богатеев наверняка имеется.
— Я же сразу предлагал как Робин Гуду действовать! Нет, надо почти неделю голодать, да ещё чтобы самих чуть не сожрали!
На этот раз возразить было нечего.
* * *
Наутро Феоктистов прокрался к тракту, а Зубров пошёл в глубине леса, держа его в поле зрения. Вскоре нашли место, где кусты подступали особенно близко. Соорудили с двух сторон дороги незамысловатые схроны и затаились. В тени было прохладно, а из леса опять начали налетать рои комаров. Сначала, боясь себя выдать, мальчишки их не прогоняли. Но вскоре укусы стали нестерпимы. К тому же жалящая туча привлекала внимание прохожих. Которые, как правило, поудобнее перехватывали всё, что было в руках, и спешно проходили мимо засады. Пришлось надрать папоротников и почти полностью закопаться в них.
Комары мало-помалу успокоились. Но ребят начала донимать мысль, что они собирались совершить самое настоящее преступление. От этого тело прошивала дрожь, сердце часто ухало, а руки всё время потели. Оба невольно стискивали древки оружия, пытаясь набраться смелости. Увы, огромные ручищи некоторых проходящих заставляли задуматься. Ещё вопрос, кто кого испугается... К тому же, за полчаса по дороге не проследовало ни кого, похожего на богатея. Улучив момент, когда просёлок опустел, Владимир сдавленно проговорил из своей кучи:
— Слушай, ну его на фиг, этот разбой! Давай чем другим займемся.
— Давай! — согласился Николай.
Но тут из-за поворота показалась повозка. А вскоре вывернул и верховой воин в белой накидке-балахоне с рисунком на груди. Его голову закрывал кольчужный подшлемник, а на луке седла красовалось железное ведро с «Т»-образной прорезью. На перевязи висел прямой меч. Повозка поспешила уступить всаднику путь, но у того возникли иные намерения. Похоже, он был не совсем трезв, Жеребец почти наехал на бородатого крестьянина и стройную русоволосую девушку, склонившихся в поклоне. Да так, что притаившиеся в сотне метров ребята непроизвольно ахнули. Воин слез с коня. Коротко, без замаха, ударил простолюдина в голову. Тот сразу рухнул. А едва начал подниматься, получил мощный пинок.
— За что он его так? — дрожащим от ярости голосом прошипел Зубров.
— Иди, спроси!
— Ну, блин... Да я этому буржую башку на фиг прошибу!
— Тише ты! Пусть ближе подъедет.
Ненависть к «эксплуататору трудового народа», недавно бывшая лишь элементом их военно-исторических игр, вдруг ощутимо колыхнулась внутри обоих. Каждый новый удар вконец оборзевшего богача отзывался в мальчишках вспышками слепой щенячьей ненависти. В неё словно спаялись все их беды: голод, постоянный страх смерти, сострадание к местным «рабоче-крестьянам» (особенно, миловидной девушке), а также горечь похожих унижений, самими перенесённых от приблатнённых «шобл» второгодников. Но главное — осознание, что теперь они всё могут исправить. Ведь у них есть оружие!
— Мы не сможем его избить. Он весь в кольчуге! — свистящий шёпот Зуброва наполняли злость и отчаяние. Кстати, главной ошибкой начинающих разбойников было разойтись по засадам без общего плана и оговорённых сигналов. Но на их счастье рядом никого не оказалось, что позволяло переговариваться через дорогу.
— Ничего! В Гражданскую танки захватывали без гранат и пушек. Справимся!
— Как?!
Володька почувствовал себя персонажем одной из игр-«фантастик». Там герои частенько решали такие задачи. Правда, с игрушечными автоматами и бластерами.
— Хитростью! Я выскочу перед буржуем и отвлеку. Либо его, либо коня копьём свалю. А ты в это время подкрадешься сзади и долбанёшь обухом по башке. Только бей изо всех сил, а то может в сознании остаться. Всё, тихо!
Богатей тем временем порылся в повозке и повернулся к хлопочущей у крестьянина девушке. Хозяйским жестом схватил её за длинные волосы, рывком поставил на ноги. Она громко закричала: «Ма-а-а-ма!!!»